Tagправославие

О смычке сталинизма и православия

Многим вот кажется удивительным и химерическим регулярное совпадение по многим вопросам дискурса условно православного с дискурсом сталинистским, а также с исламским, с евразийским, с некоторыми вариантами левого, с русско-патриотическим. Дескать, ну как можно? Очень разные ведь идеологии? Почему же они так? Между тем, если заметить, что все эти нарративы упорно противопоставляются не чему-нибудь, а нарративу либеральному, становится всё понятно, причём понимание это можно разъяснить парой фраз.

Дело в том, что и православный, и мусульманин, и сталинист, и русский патриот считают (даже если осознанно этого не артикулируют, у них всё равно прорывается), что хороший человек — это тот кто терпит лишения, бедствует.

А либерализм, выросший на тех же дрожжах, что и протестантизм, — что вот хороший человек как раз нет.

Вот это базовое представление о том, каков хороший человек, и объединяет сталиниста с православным, мусульманина и где-то даже католика.

Кто для них хороший человек? Бедный крестьянин, у которого даже лошади нет, ходжа Насреддин в драных чувяках, потешающийся над беем, батрак, рабочий с измазанным угольной пылью лицом, деревенский дурачок-пастух, дети-сироты, монах-аскет.

А кто хороший для либерала? Если упрощённо и коротко — тот, кто не только радеет, но и преуспевает. Причём второе даже важнее. Хорошие люди — это хорошо одетые люди. Собственно, даже если человек считает себя сам на словах скорее коммунистом или анархистом, но при этом открыто симпатизирует хорошо одетым людям, патриоты, сталинисты и православные неминуемо заклеймят его либералом.

При этом формально первая группа дискурсов не против хорошего костюма, но его возможность отнесена ими в некое неопределённое будущее. Их нынешний хороший человек одет плохо, осунулся, считает мелочь, недоволен. Строго говоря, база всех этих идеологий — классовая, а остальное — трёп, заблуждения или маскировка. «Бог» там, «Сталин», вот это всё.

А как одет ваш хороший человек?

Новые топоры

Вслед за живописью у меня появилась ещё одна околохудожественная (ололохудожественная, ага) страсть — креативно испорченные топоры и прочий древковый и рубящий инструмент. Началось с топорика с Hello Kitty, потом была мотыжка в честь путинского полёта с животными. Теперь вот троица народно-патриотических топоров.

Игорь Хрекин, Сергей Ильин (aka Ефим Дикий) и Денис Яцутко с композицией из топоров «Православие — Самодержавие — Народность»
(подробности, фото, видео — http://hrenovina.net/10655)

И это далеко не всё. Болгарку, дрель и поталь я далеко не убираю. А стойка гравера так и вовсе теперь прикручена к столешнице рядом с мышкой. Ждите новых топоров.

Суверенное православие

Немного конспирологии. Мне кажется, я догадался, зачем г-н В. Гундяев почтил мощи «Гавриила Белостокского, от жидов умученного». Вовсе не ради демонстрации антисемитизма. Фишка в другом. Она в том, что католики и англикане, например, своих святых младенцев, от жидов умученных, соответственно, Симона Трентского и Хью Линкольнского, почитать перестали давным давно, сочтя их жития легендами, а канонизацию ошибочной. Дескать, святые сии — порождение антисемитизма, потому почитать их нехорошо, неправильно и прочая, в своё время были взволнованы, вспылили, извиняемся, больше не будем. И, как бы, видимо, подразумевается, что от русской церкви «мировое сообщество» ждёт если не того же, то, как минимум, тихого замыливания этого святого, списания его в низовые маргинальные культы. То есть, если народец мелкий и будет ему молиться, то уж иерархи и вспоминать не должны. И, как бы, возможно, так бы оно и было, если бы по поводу почитания Гавриила не высказались несколько раз публично уже в 2000-х годах в Конгрессе США. И не просто высказались, а осудили это самое почитание, назвав его — это интересно — «нарушением религиозной свободы», о как. А нам ведь тут Конгресс США кто? Правильно, Конгресс США нам тут не указ. Не удивлюсь, если вся история с визитом предстоятеля РПЦ и текстом для «Вестей» об умученном от иудея мальчике была сочинена и инициирована в кабинетах, например, администрации президента РФ и сделано это было с одной единственной целью — показать, что здесь вам не тут, у нас центр принятия решений внутри изнутри назначенной головы, а потому на все ваши намёки нам срать и мировые тренды мы на одном месте вертели, пока хотим следуем, но вот этот ряженый и формально негосударственный, хотя мы же с вами понимаем, человек от нашего имени вам сейчас всё расскажет и покажет. То есть, поясню, режим оставляет за собой право не соответствовать. Где-то так.

Опачки как

Текст:

Патриарх Московский и всея Руси Кирилл посетил Никольский кафедральный собор в городе Белосток — главный храм епархии. Здесь он поклонился святым мощам мученика младенца Гавриила и встретился с прихожанами. Получить благословение предстоятеля Русской Православной Церкви собрались несколько сот верующих.

Приветствуя собравшихся, патриарх призвал «хранить свою веру и чувство любви к своей Церкви», передает ИТАР-ТАСС. «Пускай укрепляется наша духовная жизнь и великие традиции», — сказал он.

Никольский кафедральный собор Белостока был освящен в 1846 году. После реставрации в 1910 году он был оформлен по мотивам росписей Василия Васнецова. С 1951 года храм стал кафедральным собором Белостокской епархии Польской Православной Церкви. В 1991 году Никольский собор посещал папа римский Иоанн Павел Второй.

Святой младенец Гавриил родился в 1684 году в семье крестьянина в Белостокском уезде Гродненской губернии. В 1690 году Гавриил был выкраден из дома иудеем и вывезен в Белосток, где был зверски замучен. В 1720 года тело младенца Гавриила было найдено нетленным. В 1820 году мученик младенец Гавриил был причислен к лику святых Русской Православной Церковью. (источник)

Ну то есть вот так. Великие традиции духовной жизни и всё такое.

С чувствами — к психиатру

У очередных каких-то неведомые «религиозные чувства» оскорбились. Теперь по поводу «Фемен»:

«В общем мне традиционно, мягко говоря не насрать. Поэтому я как координатор движения Сопротивление Днепр и представители движения Сопротивление Киев, собираемся подать коллективное заявление в органы о данном инциденте, как оскорбляющим наши религиозные чувства и т.д., т.к. подобное говно — это фактически плевок нам в лицо…» (Источник)

Болваны. Плевок в лицо — это плевок в лицо. Это негигиенично, чревато заразными заболеваниями и т.п. А то, что сделали, Фемен — это порча имущества. Чьего? Ну, кто там владелец этого креста? Вот их. А с чувствами своими разбирайтесь, блять, сами, внутри себя. Или к чувствоправу сходите. Заебали своими чувствами. Не бывает никаких «религиозных чувств».

«Религиозные чувства» у них. Стыдобища.

Долбаный оплот веры

Давеча смотрели фильм «Ловля лосося в Йемене». Там есть замечательный момент. Сотрудник британского министерства сельского хозяйства и рыбной ловли и девушка из крупного британского PR/GR-агентства прибывают в Йемен и видят на улице группу людей, совершающих намаз. «Я не знаю дома никого, кто ещё ходил бы в церковь», — говорит герой. «Я тоже не знаю», — отвечает героиня. Британцам можно позавидовать.

В Скандинавии сейчас, говорят, всё чаще закрываются церкви. Они просто никому не нужны. В их помещениях устраивают клубы, дискотеки, библиотеки, магазины. Скандинавы тоже молодцы.

В Голландии несколько лет назад протестантский пастор объявил себя атеистом и даже написал книгу, в которой объясняет, что для него Бог — это не какое-то там высшее существо, а то хорошее, что происходит между людьми. И он продолжает служить в церкви и проповедовать. Фактически, проповедуя атеизм. Голландцы, в общем, тоже ничего.

А в России трёх девчонок посадили в тюрьму за танец в церкви.

А ещё в Москве строят 250 новых церквей. А уж сколько их строят по России!

И даже некоторые мои знакомые в последние годы вдруг стали в разной степени религиозными. Некоторые даже ходят в церковь.

Это, конечно, коммунисты накосячили. Надо было или вообще религию не трогать — тогда общество к нынешнему времени уже, возможно, переболело бы ею и выздоровело. Либо уж решать вопрос всерьёз, не для галочки, без халтуры, без заигрываний вот этих брежневских, когда в каждом серьёзном собрании ряженые в первых рядах сидели, без Достоевского в школе, без Толстого, без Блока даже, все словари переписать, вычеркнуть «Бога», «душу», прочую такую хрень из языка, из культуры вообще. И в церквах склады пиломатериалов не устраивать — потому что стены напоминают. Семьдесят лет у них было! И что? Нихрена же не сделали. Даже наоборот — все эти годы поддерживали в людях религиозно-мифологическое сознание в почти полной боеготовности — при помощи икон Политбюро и знаменных ходов дважды в год. А потом даже сами свечки похватали и шмыг на службах красоваться.

Даже молодые политические арт-акционисты на постсоветском пространстве не обходятся в своих высказываниях без религиозной семантики и символики.

Позор. Позор.

Этнографическое. О Рождестве

В школе за пару дней до НГ пожилой физик рассказывает:

- Холодца куплю… Да никакой радости уже от этого холодца. Раньше как — ставили холодец только на Рождество. Не на Новый год — кому б он сдался, на чёрта он вообще нужен, Новый год этот, дурацкий праздник, — а на Рождество. Ёлку ставили и непременно холодец. А теперь холодец в магазине каждый день. И вкусный ведь, как домашний. Вся прелесть пропала. Зачем холодец на Новый год, когда он… да, и вот Новый год теперь вместо Рождества со всеми вместе… и холодец такой обычный-обычный стал…

На следующий день пожилой военрук, полковник, в разговоре с тётками в учительской о ёлке:

- А я до сих пор ёлку люблю. Настоящую, чтоб пахла, чтоб хвоя сыпалась… Как в детстве… Новый год же тогда не отмечали, а вот Рождество обязательно… Застилали стол сеном, на сено клали белую скатерть, ставили двенадцать мисок кутьи… И всегда именно двенадцать. Но это не из-за курантов, не Новый год же… А чего-то там в Рождество тоже двенадцать было… У Христа, что ли, чего-то двенадцать было… Ну и ёлку непременно…

Физик откуда-то с Севера. Военрук москвич. Слушал их с интересом. Мне ни дедушка, ни бабушка никогда в жизни ни разу ничего про Рождество не рассказывали. У нас в семье всегда встречали Новый год. Даже и не представлял, что в России празднование Рождества сохранялось так долго. Это что ж выходит? До 1930-40х годов?