Tagгомосексуализм

«Депутаты» гонят

О нетрадиционных сексуальных фигнях. Сейчас попробую объяснить, почему пропаганда того, что человеку не свойственно, среди этого самого человека невозможна. Ну, то есть, сколько ни показывай тру натуралу пидарасов, он не дрогнет.

Как-то читал на тифаретнике, что есть, мол, такая интересная девиация — люди, дрочащие на фотки, на которых другие люди давят ногами мелких животных: мышек там, лягушек, котяток. Это же очевидная сексуальная девиация, так? Но можно ли при этом считать, что эти люди входят с кем-то в «сексуальные отношения»? И что эти фоточки пропагандируют «нетрадиционную сексуальность»? На них ведь, насколько я понимаю, должны быть просто люди, можно даже одетые, и придавленные ими мёртвые маленькие зверушки. То есть, тут очевидное насилие над животными, и т.п., но я это всё к чему: мало ли кто на что возбуждается; вот если бы я про эту девиацию не прочитал, но увидел бы где-нибудь такую фотку, я бы в жизни не распознал в ней, так сказать, эротическую продукцию. Ну, или вот трусы школьниц, которые в Японии якобы в автоматах продают. Знаете, есть даже клип о том, как будто бы китайцы эти самые трусы для автоматов производят? Там их парень молодой надевает и прыгает на кровати, пока не вспотеет. Потом снимает и упаковывает. Так вот, это тоже, типа, эротическая продукция и тип своего рода нетрадиционной сексуальности. Между тем, для нормального человека-то что в трусах сексуального? Мне, например, даже смысл словосочетания «эротическое бельё» недоступен. Ну, потому что как бельё может быть эротическим? Оно же просто бельё, такая одежда, тряпочки. Но некоторые считают иначе. И наверняка есть люди, входящие в отношения, считающие сексуальными, с самыми неожиданными предметами и даже, может быть, явлениями. Но мы, те, которые не из их числа, сколько бы мы на эти самые предметы ни смотрели, не то что не возбудимся и не падём в хуету порока, но, как бы, даже не догадаемся, что это возможно. Да даже если и догадаемся. Вот я прочитал про этих несчастных хомячков. Что — теперь меня станут возбуждать раздавленные хомячки? Нет. То есть, грубо говоря, для меня это по-прежнему странная хрень, смотреть на которую мне было бы скорее неприятно. И трусы, хоть японских школьниц, хоть чьи, для меня просто трусы. Ну хоть убейте, не понимаю я этой эромифологии вокруг них. Потому что эротично то, что обычно под трусами. Испытывать сексуальное возбуждение по поводу тряпочек я не стану. Хотя и слово «панцу» знаю, и вообще, скажем так, в курсе существующих девиаций. Представим теперь, что кто-то ебётся с овцами, например, а кто-то дрочит (не в переносном смысле, а в буквальном) на ламповые усилители. И вот мы с вами об этом не знали, а потом узнали. Вас, так сказать, проинформировали о существовании таких типов сексуальности. И что — у вас после этого появится желание выебать овцу? Нет, скажите мне, вы бы ебали овцу? Вот лично я нет. И на ламповый усилитель у меня не встанет. И у вас, я думаю, если вам больше, тринадцати, когда встаёт вообще на всё, тоже. Хотя нас ведь с вами проинформировали. А если всё-таки вы что-то вдруг почувствовали к овцам и ламповой технике, даже если находите себе оправдание в виде представления себя другой овцой или… блин, как там оправдывают себя аудиофилы?.. так вот, если вы что-то чувствуете к этому всему, значит, наверное, у вас и в самом деле к этому склонность. И, вероятно, вы всё равно найдёте себе дорогу к хомячкам или чьим-то трусам. Но путь ваш будет омрачён блужданиями в темноте и неврозами. Вот так. Ну и мне кажется, что, раз нельзя распропагандировать человека любить раздавленных хомячков и ламповую технику, то же самое касается и иных видов сексуальности. Если вам не нравятся старушки, вы их не полюбите, сколько бы геронтофильского порно или фильмов вроде «Дамы в лиловом» вам ни показывали. Так и с гомосексуальностью, мне кажется. На что там её «пропаганда» может повлиять? Нечто или некто либо нравится, либо нет. Ок, кого-нибудь, может быть (особенно если речь о «пропаганде» среди детей), информация о существовании какого-то вида сексуальности может сгоношить попробовать. Ну и что? Понравится — ну и отлично. Что дурного в том, что людям хорошо и они довольны? Не понравится — просто не будут больше, поймут, что это не их, и станут искать в другом месте. Никто не станет давить хомячков против своей воли.

Пропаганда гомосексуализма, педофилии и суицида

Пацаны, а вот скажите мне: в свете последних инициатив бешеных госпринтеров книги Жана Жене у нас теперь тоже запрещены? А повесть Михаила Кузмина «Крылья»? Роман Сологуба «Мелкий бес»? А мелика Сапфо? Спектакли Виктюка? Свеженький фильм Медема «Комната в Риме»? Классический «Всё о моей матери» Альмодовара? Роман Чака Паланика «Невидимки»? «Том Стволер» Даррена Кинга? «Сирепые калеки» Тома Роббинса? «Я люблю Будду» Хилари Рафаэль? Запретна ли книжка Пепперштейна «Свастика и Пентагон»? Роман Владимира Сорокина «Сердца четырёх»? Роман Пелевина Empire «V»? Запретят ли «Ромео и Джульетту» Шекспира и её многочисленные экранизации и театральные постановки? Будут ли запрещены «Сто лет одиночества» и «Осень патриарха» Г.Г. Маркеса? Запретят ли «Город в степи» советского классика Серафимовича? Можно ли будет гражданам России читать книги Уильяма Берроуза, особенно роман «Города красной ночи»? А «Бегом с ножницами» его однофамильца (или родственника?) Огюстена? Запретят ли фильм Эндрю Биркина «Цементный сад»? Фильм Foxfire с молоденькой Анжелиной Джоли? Фильм Леонтины Саган «Девушки в униформе» и фильм Гезы фон Радваньи с таким же названием и с Роми Шнайдер в главной роли? Фильм «Особая дружба» Деланнуа запретят? Или нет? «Табу» Осимы, который про молодого самурая Кано Садзабуро, тоже будет нельзя? Запретят ли роман Кортасара «Выигрыши»? Повесть Улицкой «Сквозная линия»? Фильм «Элиза» с Ванессой Паради? Фильм «Fucking Åmål» («Покажи мне любовь»)? Фильм Гаса ван Сента «Слон»? Фильм Тодда Солонза «Перевёртыши»? Творчество Юкио Мисимы? В частности, например, его рассказ «Патриотизм», подробно описывающий ритуал харакири, и роман «Исповедь маски» — о гомосексуальности? Запретят ли книги Иэна Бэнкса, например, «Осиную фабрику»? Запретят ли «Лансароте» Мишеля Уэльбека? «Первую любовь, последнее помазание» Макьюэна? «Жёлтые глаза» Жака Шессе? Мемуары Анаис Нин и снятые по ним фильмы «Дельта Венеры» и «Генри и Джун»? Будет ли запрещён роман Хайнса «Рассказ лектора»? Канадский фильм «Лучше, чем шоколад»? Американский «Клуб «Shortbus»»? Российский «Шапито-шоу»? Австралийский «Бродяжничество»? Французский «Не избави нас от лукавого»? Замечательную «Запретную зону» Эльфмана — тоже запретят? Или как? «Красоту по-американски»? «Кентерберийские рассказы»? «Досье на 51-го»? Станет ли преступлением распространение (особенно среди школьников, например) эпопеи Розова о Меганезии с её яростной ненавистью к исламу и пропагандой отсутствия всяческих сексуальных ограничений? А как быть с романом Евгенидиса «Средний пол»? Там, во-первых, инцест на инцесте, во-вторых — секс-театр, а в-третьих, наконец, пропаганда идеи, согласно которой двумя полами мир не исчерпывается, есть жертвы генетических мутаций, и им тоже хочется секса. Традиционным-то секс с такими людьми уж точно не назовёшь. Запретят ли тысячи других книг и фильмов? В конце концов — «Что делать» Чернышевского и «Анну Каренину» Толстого? Наконец, запретят ли Ницше — за его «мысль о самоубийстве — могучее утешение»?

Если да, как быть, скажем так, со связностью культурного контекста? И как этот запрет, предполагается, будет работать? Интернет же, всё такое.

А если не запретят, то почему?