CategoryОбзоры

Штрихи к образу офицера

В фильме «12» герой Михалкова говорит, чуть ли не сквозь слёзы: «Офицеров бывших не бывает». Как будто это что-то хорошее.

Иногда слышишь от кого-то: «Он настоящий офицер». Или того пуще: «Он потомственный офицер». Потомственный, Карл! Будто и это что-то хорошее.

Так вот, друзья, отечественный синематограф создал в голове у неслужившего русского человека какой-то совершенно мифический образ офицера, эдакого идеального почти во всех отношениях подтянутого хрена в мундире. Между тем, что такое офицер?

Я даже не буду рассматривать такие очевидные неприятные вещи, что офицер — это а) профессиональный убийца, б) защитник государства, в) человек, встроенный в жёсткую иерархическую структуру, где приказы не обсуждаются, а люди носят униформу и ходят строем. Это всё очевидное.

Я расскажу о том, о чём многие, видимо, не догадываются.

Начну с того, что, не знаю, как сейчас, а в 90-е офицеров в армии солдаты называли шакалами. И никак иначе. За что? Да за всё. За схожесть. Как представляет себе шакала средний русский молодой человек? Что для него инвариант этого образа? Очевидно же. Шакал Табаки из мультика про Маугли. Помните это нарисованное животное? Вот вам образ российского офицера глазами солдата.

Продолжу. Офицеры используют труд солдат в личных целях. Солдаты здесь находятся в ситуации фактического лишения свободы, то есть, офицеры выступают здесь как выгодополучатели рабовладельческой структуры. Солдаты вскапывают огороды офицеров, обслуживают их дачи, белят потолки в их новых квартирах, работают носильщиками, когда офицерские жёны ездят за покупками, копают ямы под фундамент офицерских гаражей и так далее. Возможно, так делают не все, но очень и очень многие. Думаю, не совру, если скажу, что большинство. Я лично знал штабного полковника, который сокрушался, что, мол, в своё время так хорошо учился в училище, что так с тех пор и пошёл по штабной части, а личного состава (то есть солдат в подчинении) у него за всю карьеру никогда не было. «Дачу вскопать — сам. Мешки с картошкой перетаскать — сам. Для этого я, что ли, в армию шёл?» — на голубом глазу жаловался он мне, не будучи даже пьяным. В заполярной дивизии комдив запросто посылал солдат в тундру собирать ягоды — себе (комдиву, а не солдатам) и для проверяющих из округа.

Одного только вот этого факта массовой эксплуатации офицерами труда подневольных молодых людей было бы достаточно, чтобы не считать офицерство чем-то сколько-нибудь приличным. Но это ведь далеко не всё.

Офицеры воруют. Тащат всё, до чего руки дотягиваются.

Начальник караула берёт разводящего и тупо снимает пост на складах ГСМ на десять минут, чтобы прапор с этого склада мог спокойно украсть пару канистр, которые он потом кому-то продаст или отдаст за услугу. Начальнику караула тоже что-то перепадает.

Начальник штаба полка ворует на продскладе то вещмешок свёклы, то вещмешок картошки и заставляет солдат проносить их через КПП — на случай, если дежурный по КПП вдруг решит проявить принципиальность. Он-то, понятно, начштаба полка, замнёт, но зачем ему неприятности? Пусть они лучше будут, если что, у солдат.

Штабной полковник ворует в какой-то из подведомственных частей маскировочную сеть — чтобы обтягивать ею парники на своей даче.

Бухая ночью в общаге на территории военного городка, послать солдата в наряд по столовой за буханкой хлеба и килограммом чищеной картошки — это вообще обычное дело.

Лично у меня штабные офицеры (в звании не ниже подполковника) постоянно воровали чертёжные принадлежности. И друг у друга тоже. Ну то есть до мышей, да. Кто может украсть машину кирпичей — ворует машину кирпичей. Кто может плакатное перо или «пилотовский» маркер — воруют перо и маркер.

Офицеры поощряют воровство и безнаказанность воровства в среде солдат. Так, отдавая приказ подмести боксы в парке военной техники, офицер не интересуется, где ты возьмёшь то, чем будешь подметать. Украдёшь в соседней батарее? Замечательно, его устроит. Солдат, жалующийся офицеру, что у него украли, например, рукавицы, получает в ответ поговорку: «В армии нет слова «украли», есть слово «проебал»».

Когда офицеры говорят об армии, о том, что государству следует уделять ей больше внимания, выделять больше денег и т.п., они имеют в виду себя. Солдат большинству из офицеров не видится частью армии. Он для них отчасти дармовой источник обогащения, отчасти обуза и проблема. Их отношение к солдату: «Что бы солдат ни делал — лишь бы заебался». Потому что заебавшийся солдат не может делать ничего, в том числе не влетает в разные косяки. Правда, иногда совсем уж заебавшиеся могут сбежать домой или вовсе пустить пулю в себя или расстрелять караул, но это всё же случается редко. При этом заниматься с солдатом боевой подготовкой, а уж тем более — как-то разумно организовывать его свободное время офицеру неинтересно. Ему проще занять солдата какой-нибудь бессмысленной выматывающей хренью, типа выкапывания/закапывания по сотому разу одной и той же канавы, крашения грязных сугробов в белый цвет, надраивания плаца сапожными щётками и ползания по-пластунски в противогазах в ногу с песней.

Ну и, наконец (на самом деле, много ещё можно рассказывать; кто сталкивался, легко дополнит, но всякий текст должен иметь разумные границы) — для чего вообще молодые люди идут в военные училища? Например, чтобы в армии не служить. Как ни странно это звучит, ага. Имеется в виду — чтобы избежать срочной службы. Чтобы рано, находясь ещё в бодром трудоспособном возрасте, уйти на пенсию. Ради государственных жилищных программ. Чтобы «иметь личный состав» (читай: рабов). Потому что в военные училища часто легче поступить, чем в гражданские вузы. Ну и, совсем уж изредка, — чтобы родину защищать (тоже, к слову, более чем сомнительный мотив).

Потомственный офицер? То есть, потомственное вот это всё? Ну не знаю. Потомственные урки, наверное, тоже гордятся династиями.

Австралийские ящерицы и норвежские дети меняют пол

Ящерицы меняют пол

В конце июня появились новости о том, что правительство Норвегии предложило и продвигает закон о смене юридического пола несовершеннолетними. Министр здравоохранения этой северной страны заметил, что, мол, это важная область, в которой Норвегия отстаёт от наиболее передовых стран, но теперь всё будет ок.

При этом министр ссылался на опыт Мальты как наиболее прогрессивной европейской страны в этом плане. Дескать, в большинстве стран Европы смена пола допускается только после 18 лет, а надо, мол, как на Мальте, где по этому вопросу вообще нет никаких ограничений.

Про отсутствие ограничений по возрасту на Мальте я ничего не нашёл, да, честно говоря, и не особенно и искал, т.к. поговорить хочу о другом. Что же до Мальты, то, если коротко, суть недавно (в апреле 2015 года) принятого там законодательства о гендерной идентичности в следующем: возможность выбора гендерной идентичности признана одним из базовых прав, защищаемых конституцией. Если раньше для смены «юридического гендера» необходимо было проведение операции по смене пола, а также наличие массы справок от хирургов и психиатров, то теперь достаточно простого письменного заявления. Также теперь запрещены (при отсутствии жизненных показаний) операции по формированию условного одного пола над детьми, родившимися интергендерами. То есть, защита тоталитарной дремучей строгой двугендерной системы на Мальте более не является ценностью, защищаемой государством.

Мальтийцы, к слову, в свою очередь, как теперь норвежцы на них, ориентировались на аргентинцев — в Аргентине аналогичный закон приняли ещё в мае 2012 года. Причём это вишенка, а сам торт строился давно: в 2003 году отдельные города и провинции Аргентины узаконили гомосексуальные гражданские партнёрства, в 2005 суд в провинции Кордова разрешил геям супружеские свидания с их заключёнными в тюрьме партнёрами, в 2009 суд постановил, что запрет однополых браков не является конституционным, в 2010 обе палаты аргентинского парламента положительно проголосовали за легализацию однополых браков и предоставление им всех присущих браку вообще льгот и привилегий, включая право на усыновление, в 2012, как уже говорилось, был принят закон о гендерной идентичности и в 2015, наконец, был внесён проект комплексного федерального закона о борьбе с дискриминацией как таковой. Не знаю, принят ли он уже, но вектор движения понятен.

Предыдущий абзац считаю необходимым прочесть и осмыслить всем тем, кто полагает, что это «Гейропа» несёт себе и всему миру Содом, а доблестный Третий мир (или как его теперь называть, когда, практически, не стало мира Второго?) стойким одноногим солдатиком стоит на страже патриархальных устоев. Если вам всё ещё кажется, что латиноамерианские мачо и гаучо выпячивают свои богатырские груди с вами в одном строю и уж в своих-то странах распутства непотребного не допустят, то вот вам, пожалуйста, Аргентина, да. Впереди всей Америки и вполне себе в авангарде планеты.

Да и в целом в Южной Америке всё весьма прогрессивно. Кроме Аргентины однополые браки разрешены в нашей партнёрше по БРИКС Бразилии, во Французской Гвиане, в Уругвае и в некоторых департаментах Колумбии (в остальных департаментах однополые гражданские партнёрства также узаконены в том или ином виде). Не всё радужно пока что в Боливии. То есть, конституция этой страны запрещает дискриминацию по признаку сексуальной ориентации и гендерной идентичности, в крупных городах запросто проходят гей-парады, однако брак всё ещё определён исключительно как партнёрство мужчины и женщины. Тем не менее, движение в понятном направлении и там вполне происходит: заявления о необходимости дальнейшей либерализации гендерного законодательства звучат в т.ч. от представителей правящей партии («Движение к социализму»). Также всё не очень хорошо пока в Парагвае: антидискриминационных законов, защищающих право на гендерную идентичность там нет вообще. Ну и полностью на вашей дремучей патриархальной стороне стоит странное государство Гайана с индуистами и, OMG, пятидесятниками в виде двух ведущих религиозных групп: никаких антидискриминационных законов, а за мужской гомосексуализм и вовсе пожизненное заключение. Сильно ближе Южной к вам Америка Центральная и Карибы, но там же сплошь страны с люто трудной судьбой, понимать надо.

Ну да ладно, отвлеклись, вернёмся к норвегам. Не знаю, приняли ли они уже свой закон или пока только готовят, но уверен, что примут, в этом не приходится сомневаться. Основной смыл его таков: достигшие семилетнего возраста дети могут самостоятельно выбирать пол. Не как австралийские ящерицы, которые сейчас (как говорят — из-за жары) меняют пол самостоятельно на самом деле, а всего лишь так называемый «гражданский гендер». Дескать, умеет уже сказать: «Хочу вырасти дядей (или тётей)», — значит, его мнение нужно учитывать. Понятно, что ребёнок в любой момент может передумать — и тогда его перепишут обратно.

Понятно? Понятно, да не очень. А не очень понятно здесь вот что: а зачем этот «юридический пол», «гражданский гендер» вообще нужен? Не поняли, нет? Сформулирую иначе: зачем в этом вопросе государство? Пол биологический может быть важен в сексе и в медицинских случаях. Ну и ок, в медицинской карточке же можно и записать: «Строение наружных половых органов — по мужскому (женскому) принципу; хромосомная формула — XY (XX); гормональные показатели…» Ну и т.п. Потому что в медицинских случаях это нужно, да. Врачам надо понимать, с каким организмом они работают. Секс? О да, детка, с этим люди и сами разберутся. Как гномы в книжках у Пратчетта — у них мужчины и женщины выглядели примерно одинаково, одинаково носили бороды и одинаково же одевались, а на вопрос, мужчина он или женщина, гном отвечал: «Я гном». Половую же принадлежность деликатно выясняли непосредственно друг у друга при необходимости. Социальный гендер? Так опять же — человек как-нибудь сам разберётся, как ему себя в обществе репрезентовать, а общество — как его воспринимать. Где здесь место государству? Зачем вообще хоть ребёнка, хоть взрослого записывать человеком определённого пола? Особенно когда браки заключаются промеж кого угодно и официальный гендер можно в любой момент переписать? Вот сама эта запись — зачем она?

Мне здесь видится только один ответ: для дискриминации же. То есть, например, для призыва в армию по половому признаку. Но ведь в той же Норвегии со следующего, т.е. 2016 года начинают призывать в армию без разбора пола, т.е., да, теперь и женщин тоже. Так зачем всё-таки нужна государственная запись о гендере? Зачем эта попытка регулирующей машины сохранить за собой хотя бы эфемерный след контроля?

Мда. Забавно сидя в Москве изумляться нелогичности норвежских и мальтийских законодателей в такой мелочи и радоваться пусть и относительной, но всё же продвинутости той же Аргентины. То есть, у нас тут вместо законодателей вообще инфернальная клоунада, а вместо антидискриминирующих законов как раз наоборот — дискриминирующие. Причём и по гендеру, и по отношению к свободе совести, и давящие свободу слова. Во всю эту жесть просто не хочется верить. Не хочется выходить из скорлупы. Не хочется знать, что показывают и говорят в новостях и квазианалитических передачах на государственных каналах и в лоялистских газетах. Не хочется смотреть, как отплясывает, топча людей ржавыми ножищами, уродливый безумный монстр местного государства, а потому голова прячется в изумление бессмысленной безобидной строчкой, которую оставляют за собой государства Норвегия и Мальта.

Зарубежные новости интересны, но когда выныриваешь из них — болото отечественной стагнации кажется особенно зловонным. Норвежские дети и австралийские ящерицы самостоятельно меняют пол. Пол, Карл! Самостоятельно. А мы тут самостоятельно президента сменить не можем. Как какие-то лохи, ей богу.


Открывающий коллаж — Андрей Панов, https://vk.com/wall-67029843_1421

Надо ля-ля!

(если вы смотрите трансляцию на ФБ, лучше перейдите на сайт и смотрите там: там все ролики вставлены прямо на страницу)

Захотелось вот ля-ля-ля, шалала и прам-пам-пам. Люблю такие песни просто ну вот очень. Песни такого рода бывают трёх основных типов. Первый — это такие, из которых хочется убрать все как бы осмысленные слова и склеить и закольцевать одно только честное трам-пам-пам, типа вот:

Пам-парабам-пампарам-пампампам-пам-пам (http://youtu.be/0V3lNYtEjMA)

Ля-ля-ла-ла-ла (http://youtu.be/jXdNkIXFdqY)

Continue reading

Мин, бедняжка Мин

И вновь вечер любимой песни. Вот этой:

Это Кэб Кэллоуэй с оркестром. Песенка «Minnie the Moocher«.

Вот они в мультике про Бетти:

Но эту песенку исполнил не только Кэб. Continue reading

Необычная Мария

ВНИМАНИЕ! ПО ТЕХНИЧЕСКИМ ПРИЧИНАМ ПОСТ ПЕРЕНЕСЁН ПО АДРЕСУ

http://hrenovina.net/10770.

Почитайте и посмотрите его там. Спасибо.

«Христос» в красной мантии и богатейших сандалиях

Давеча по поводу участившихся тредов об РПЦ и роскоши я приводил цитату из Эко, а конкретно там был вот такой кусочек о злокозненном папе римском:

…он подбил доминиканцев, назло нашему ордену, ваять фигуры Христа в царской короне, в пурпурной с золотом тунике и в богатейших сандалиях? А в Авиньоне показывают распятия, где Христос прибит к кресту одной только рукою, а другой держится за кошель, привешенный у него на поясе. Все это ради доказательства, что Он благословляет употребление денег…

Так вот, по поводу кошелька ничего не скажу, единственное известное мне старинное изображение Христа и кошелька в одном, так сказать, фрейме, — это мозаика на стене, по-моему, Св. Софии в Константинополе, и то кошелёк там в руках не у Христа, а у какого-то византийского императора (хотя он и явно собирается вручить его Христу). А вот по поводу Христа в пурпурной тунике, в короне и в богатейших сандалиях — мне кажется, что тут Эко закопал постмодернистскую заковыку с тройным дном и поглаживанием мозга для тех, кто догадается. То есть, одни должны разделить праведный гнев героев-францисканцев, осудить вместе с ними папу и лукавых доминиканцев (а заодно современных церковников в их золотых ризах) и успокоиться, а другие почесать репу и сообразить, что описанное что-то напоминает. А именно — вот это изображение:

Точно по описанию, верно ведь? Только фишка в том, что это не Христос.

Continue reading

Fiskarhustruns dröm

О хентайном жанре «щупальца» (они же «тентакли«) я как-то уже упоминал. Тогда же к слову припомнил работу Хокусая «Сон жены рыбака«, где изображена женщина, совокупляющаяся с осьминогами. А вот буквально на днях наткнулся ещё на несколько изображений, сочетающих образы женского тела и осьминогов или их частей, и задумался: почему это сочетание столь популярно? Если с мясом всё более или менее понятно, осьминоги меня сначала удивили. Что сексуального в щупальцах? Они ведь невероятно далеки от человеческого вообще. Красивы, да, но кого они возбуждают? И почему? Единственное моё предположение — контраст. Щупальца для большинства людей — нечто совершенно чужое, абсолютно отвратительное. То есть, осьминог — это такой идеальный, архетипический монстр, нечто страшнее любого волка, любой обезьяны, любого мужчины. Выходит, совмещение в одном фрейме девичьего тела и осьминожьих щупалец представляет собой доведение до логического завершения концепта разности полов. Иными словами, «Сон жены рыбака» и разный хентай с тентаклями суть то же, что сказка «Аленький цветочек».

Но вернёмся к осьминогам. Continue reading