Записки Дениса ЯЦУТКО

Внутренний трёп о демократах и демократии

Хорошо помню, что когда начиналась вся эта “демократия”, большинству свежевылупившихся демократистов неотъемлемыми и главнейшими условиями её построения виделись следующие:

а) Загнать “гегемона” в стойло,
б) Удалить от власти всю тогдашнюю номенклатуру (желательно на фонари).

И многие из демократистов первой волны до сих пор никак не могут понять, как получилось, что при чаемой когда-то демократии всяким шахтёрам и уборщицам позволено голосовать, а номенклатура так с тех пор и не пошевелилась.

Другие вслед за мыслью о необходимости демократии впитали в себя постмодернистские телеги о том, что, да, и шахтёр имеет право, и уборщица, и даже пидарас, дебил, женщина и индеец. И вот у этих случился перекос в другую сторону, рема (в силу новизны и соответствующей силы воздействия на неокрепшие умы) настолько убрала тему, что “даже пидарас, женщина и индеец” превратились в “только пидарас, женщина и индеец”. При этом даже шахтёр с уборщицей, не говоря уже о директорах предприятий, например, потерялись. А “женщина” в этой новой мысли стала восприниматься не как просто женщина (потому что в концепции просто женщины нет новизны), а как такая женщина, которая как пидарас и индеец одновременно.

“Гегемона” потом, потихонечку и без шума, в стойло всё-таки загнали. Только сделали это не демократисты и их воображаемые друзья, а те же (или того же типа) люди, что и раньше занимались подобным. В стойло провели пивопровод, колбасопровод и телевизор, а демократистов-демократизаторов оставили на улице, с их воображаемыми друзьями. Вход в стойло при этом открыт – типа, милости просят. Или так и стой на улице, группами не более трёх и без вызывающих плакатов в руках. Иначе мешаешь.

Обиженные предательством “гегемона”, который не захотел не только быть их верным рабом, но даже не поблагодарил за обилие пива, демократисты стали пытаться осчастливить своих воображаемых друзей: пидарасов, индейцев и тех женщин, которые как индейские пидарасы. А поскольку таковых у нас почти не было, стали их выращивать и воспитывать. Конечно, закончится это тем, что правильные чуваки построят для индейских женопидарасов новый загон с корытцем соевого молока и круглосуточным “Кино не для всех”, а демократисты, вновь оказавшись на улице группами не более одного, займутся очередным конфликтным переосмыслением социального идеала.

Рубрика: Власть, Где-то так, Наблюдатель, Общество | Ваш отзыв »

Историческое достижение человечества

Только что неожиданно сформулировал краткое выражение квинтэссенции исторических процессов первой половины XX века:

Адские тупые бараны тысячами и миллионами ходят туда-сюда с винтовками по миру и стреляют друг в друга.

Всё-таки величайшее достижение второй половины/конца того же века и начала этого – повсеместное распространение индивидуализма с одновременным разрушением концепций абсолютного авторитета вождей и сверхценности государства, религии и подобных им институтов. Коротко говоря, это прекрасно, что современные люди умеют посылать нахуй.

- Вождь призывает тебя…
- Какой в пизду вождь, кто он такой? Пошёл нахуй.

- Пострадай за величие твоей страны!
- Само пострадай, животное. Съебало враз.

Любой чиновник, любой управитель, а тем более любой претендующий на то, чтобы быть вождём, должен знать, что первые слова, которые приходят на ум всем, кто его слышит, когда он начинает к чему-то призывать и обращаться к высокому штилю и собирательным обращениям, это “Пиздит”, “А ты кто такой ваще?” и “Пшёл нахуй”.

В этом один из главнейших корней гуманизма и мира во всём мире.

Рубрика: Власть, Где-то так, Культуроложество, Манифесты | Отзывов: 3 »

За разжигание, искажения и оскорбления на пользу Родине

Ребята, так дальше нельзя. Когда там у нас следующие выборы во всю эту сраную администрацию, неправильно именуемую властью? Давайте, что ли, сходим туда хоть пару раз в жизни да выберем наконец немного вменяемых людей. Вопрос, конечно, где их взять. Я понимаю, что всем западло, но иногда надо. Надо, кстати, и выдвигаться самим. Потому что иначе вот так и получается. Как всегда.

Вы посмотрите, до чего мы дошли? У нас судят людей за разжигание какой-то там сраной розни. У нас создают комиссии по борьбе с фальсификациями истории “в ущерб интересам России”. В ущерб! Мало того, что синтаксис двоечный и позволяющий двоякое прочтение, так ещё и проговорка по Фрейду. В ущерб, значит, фальсифицировать нельзя, а во славу? Или как – “на пользу”?

Фашистскую символику запрещают, хуев “зигхайль” кричать нельзя. Почему? Нет, я сам не собираюсь, но почему нельзя? Кому от этого плохо? Противники свободы слова говорят, что, мол, пропаганду национальной розни, пропаганду фашизма запрещать надо, а вы, мол, не рыпайтесь, потому что, когда фашисты придут к власти, они ваши права защищать не будут. Так и хочется сказать: “Э-э-э…” Потому что, простите, что значит “когда фашисты придут к власти”? Фашисты – это кто? Те, кто называет себя фашистами? Или именно что те, кто не церемонится, не защищает мои права, запрещает книги и судит за слова? Эдакое, знаете, “убить дракона”. Проще всего бороться с пропагандой фашизма как? Запретить нахрен людям говорить и писать вообще. Заклеить рты к чёртовой матери, а заодно и руки поотрубать, чтобы не дай бог кто-нибудь свастику не нарисовал. А то ж фашизм, как можно.

Про фальсификации истории, извините, даже говорить не хочется. Потому что бред. История вообще одна большая фальсификация, состоящая из миллионов маленьких. Потому что историки – это такие писатели. И что значит “в ущерб интересам России”? Интересы кто определяет? И они что у нас – незыблемые? И Россия – это кто? С чиновников какого ранга она начинается? Опасная чушь. Надеюсь, эта комиссия будет бороться с фальсификациями исключительно с помощью публикаций и никак иначе.

Нет, ребята, нам определенно надо выбрать на всякие выборные должности людей, которые отменят к чёртовой матери весь этот страх разжигания, а заодно статьи за оскорбление чести и достоинства и т.п. Потому что в свободной стране человек должен иметь право быть посланным нахуй, стать объектом разжигания социальной розни и т.п. “Честь и достоинство” – это вообще что такое? В смысле нельзя, например, болваном назвать? Или дураком? Или сволочью и пидарасом? А почему, если есть такое мнение? Мне, вот, недавно телега пришла из, вы не поверите, “Театра кошек”. Пригрозили судом за стихотворение, в котором фамилия “Куклачев” упоминалась (кстати, я вообще был уверен, что тот Куклачев, о котором я думал, когда писал, давным-давно помер и забыт всеми, кроме тех, кто в детстве смотрел адскую передачу “Будильник”). Я эту строчку убрал от греха подальше. Потому что зачем мне суд? У меня нет на это ни лишних денег, ни времени, ни сил. Да и не стоит этот клоун упоминания в моих стихах, не заслужил. Буду я ещё за него с ним же сражаться. Если он сам себе враг, я не настаиваю. Тем более что едва ли я смог бы нашим судьям объяснить, что это не оскорбление и вообще не про него. Это я делаю такой вывод на основе нескольких известных дел, где людей судили за слова. Сама по себе ситуация, при которой за слова могут хотя бы постараться “привлечь”, – это жесть.

Или, вот, несколько лет назад водку “Каннабис” запретили. Потому что на ней, мол, нарисована конопля, а это пропаганда употребления наркотиков. Водку не жалко. Просто тупо, что запретили не за то, что водка, а за рисунок. Идиотизм же.

Мне вот интересно, за фразу “Воруй! Убивай!” в жж ещё никого не судили?

Я, чёрт побери, просто не знаю даже, что со сложившейся ситуацией делать? Проблема ведь в чём? Скажем, я бы с удовольствием избрался куда-нибудь в президенты и императоры, чтобы раз и навсегда запретить запрещать книги (да, включая Гитлера, ваххабитов и Коран с Библией, насколько бы это всё ни было пропагандой глупостей и изуверства), чтобы отменить все эти статьи за разжигания и клевету, а дальше что? Разбираться с нефтью и олигархами, втыкать в экономику, рулить чиновниками? Ну нет, простите, мне это всё неинтересно. Да и не умею я, и вообще другим люблю заниматься. Словами вот. Разжигать и т.п. сердца людей, фальсифицировать историю, например. Уверен, что и многие другие нормальные люди, которые тоже хотят нормальной свободы слова, тоже не готовы к тому, что прилагается к возможности её разрешить. Да и ресурсов, чтобы быть избранными или как-то иначе попасть в эти кресла, у нас нет. Революцию и прочий майдан не предлагать. Потому что во-первых бардак, а во-вторых в результате подобных мер всё равно выдвинутся не нормальные, а опять же какие-нибудь, прости господи, политики, тьфу! Блин, вот презираю политиков. Ни одного нормального ещё не видел. Не нормального с точки зрения нормы, а нормального с моей точки зрения, ЕВПОЧЯ. Одни политики не хуже и не лучше других.

Нет, на выборах, конечно, надо попробовать выбрать хоть кого-нибудь из своих, но… нет. Не верю я, что это возможно. Хотя бы потому, что из своих никто не пойдёт.

Но всё-таки что-то делать надо. Вообще, единственный действенный способ, который приходит мне в голову, это довести ситуацию до состояния, в котором все эти глупые законы просто не смогут выполняться. То есть, грубо говоря, надо, чтобы разжигания всяческих розней, фальсификации истории, оскорбления чести и достоинства стали не просто массовым явлением, надо, чтобы каждый, каждый гражданин всякую свободную минуту чего-нибудь фальсифицировал, оскорблял и разжигал…

Но тоже не сработает. То есть, теоретически, конечно, “власти”… Простите мне это дебильное слово, но, боюсь, до слова “экспертиза” они пока не доросли, а если я буду говорить “администрация” или “распорядители”, вы, боюсь, не поймёте, о ком речь… Так вот, теоретически “власти”, увидев, как легко и весело весь народ фальсифицирует честь, разжигает достоинства, оскорбляет историю, пропагандирует символику и надругательски резвится над святынями, должны были бы все эти дурацкие законы отменить за ненадобностью их народу, но на самом деле будет иначе. Они на миллион случаев будут забивать, а миллион первого будут сажать. Для острастки или если в другом чём насолит. Законы то есть сохранят как удобный инструмент устранения неугодных и вообще запугивания, в каком качестве они сегодня и существуют, в общем.

Само собой, мне кто-нибудь непременно скажет, что глумиться, фальсифицировать и разжигать – это вообще странные потребности. Что надо, мол, сидеть дома, работать работу, рожать детей и не выёбываться. И всё будет хорошо. Легко сказать! Сидеть дома и не выёбываться было можно, хотя и непросто, в СССР. Выёбывались тогда на кухнях, а даже если на комсомольском собрании – сколько на том собрании народу? Даже если тысяча – что это в масштабах страны? Мы просто не будем выносить сор из избы – и всё. А на кухне и вообще всё можно. И про всех.

А теперь? мы ведь живём в интернете, мы просто разговариваем друг с другом, а это видят тысячи, а могут увидеть миллионы. Каждый диалог становится публичным. И монолог. И реплика. Наши мысли теперь видны всем. Дурь в том числе, да, как без этого. Но это норма наших дней. Это ступень эволюции. Это жизнь. И граница между частной беседой и публичным высказыванием стёрлась. И это правильно. Потому что всё, что я говорю, – это моё частное мнение, которое, если я его не скрываю, имеют право знать все. А мнение у меня может быть любое, о чём угодно и выраженное любыми словами, звуками и изображениями. И я имею право думать и считать что угодно и о ментах, и правительстве, и о неграх с фашистами, евреями, таджиками, русскими и холокостом с голодомором, и лично о тебе, дорогой читатель. А говорить сегодня – значит говорить публично. Надо это наконец понять и признать. Если раньше нужно было прилагать труд, чтобы обнародовать высказывание, то сегодня наоборот – надо совершать лишние движения, чтобы сделать высказывание приватным. И никто не обязан этого делать. Вся эта пиздохрень с телегами о том, чтобы “приравнять блоги к СМИ”, – проистекает из непонимания исторического момента. Надо наоборот – приравнять СМИ к блогам, к разговорам на кухне, к частному высказыванию в частной обстановке. Потому что изменилось само понятие частного. Да, моя привычная приватная аудитория состоит из нескольких сотен, а то и тысяч людей, большинство из которых я никогда не видел и не увижу. И она открыта, она расширяется произвольно. Это моя кухня, я на ней говорю. А аудитория, например, “Русской жизни” или МК – это кухня их авторов, их частная аудитория. И пытаться запрещать мне или газете какой что-нибудь говорить – значит грубо, тупо и преступно вмешиваться в частную жизнь.

Похоже, просто активно разъяснять, что такое хорошо и что такое плохо, – это единственное, что мне остаётся. Вот. Разъясняю.

Да, и ещё. Некоторые, когда речь заходит о свободе слова, любят повторять такой высер: “Свобода – не значит вседозволенность”. Так вот, дорогие мои, запомните: эти слова – говно. “Вседозволенность” – это что? Кто это ещё смеет мне дозволять? Или, тем более, не дозволять? Какое это вообще имеет отношение к свободе?

Рубрика: Власть, Где-то так, Значения, Общество | Отзывов: 2 »