Успех
Четверг, 18 Сен 2008Мои пять копеек вот к этому рассуждению Максима Александрова.
Я уже много раз говорил, как мне не нравятся лидирующие словечки современного дискурса, но искать ранние записи мне лень, а потому о слове “успех” скажу заново, лучше и подробней.
УСПЕХ, дорогие мои господа пацаны, – это древний сигматический аорист глагола “успеть”. Строго говоря, на современный русский язык это слово переводится как “успел”. Понятно ведь, о чём это: нечто плохо лежало, многие хотели схватить, но они не успели, а я успех. Слово “успех” пропитано суетливой беготнёй. Тот, кто ориентирован на успех, простите мне это неприятное выражение, представляется мне воровато зыркающим по сторонам и готовым, чуть что, метнуться и схватить – “А! Успех!”
Раньше как-то больше говорили о свершениях и достижениях. “Совершил” – это значит достиг вершины, построил нечто, не бросил работу на середине, возвёл и крышею завершил. “Достиг” – это значит стремился, работал, пытался стяжать себе чти и славы и достиг. Достижение – результат труда.
Да, слово “успех” может употребляться как синоним этих двух, но абсолютные синонимы – редкость для языка. Любой язык стремится к экономии своих средств, а потому, если синонимы существуют, значит, в их смыслах есть важные не совпадающие друг с другом компоненты. И массовое сознание их ощущает. Поэтому обилие “историй успеха” и “ориентировки на успех” – это не просто так.
Наука у нас в глубокой жопе? Ничего своего не производим, кроме нефти? Правильно. Откуда что возьмётся, когда у нас ориентировка на успех – на то, чтобы схватить первым то, что плохо лежит?
Я вот не ориентирован на успех. В отвратительной современной ситуации я, к сожалению, вынужден успевать. Хотя мне, конечно же, ближе размеренная кабинетная работа, результатом которой должны быть достижения. Если смогу – свершения. Но никакого успеха. Никогда. Ни за что.
P.S. Ищу работу.
