Зхус написал волшебную гностическую поэму про Айболита:

Сон ревёт как чёт и нечет.
Ждёт хрустальный Айболит.
Приходи к нему и кречет
И безумный инвалид.

Вой стоит в подвале тёмном.
На пол валятся кишки.
Айболит ножом огромным
Режет мясо на куски.

Чередою входят звери
В этот сумрачный подвал.
Он захлопывает двери.
Счастлив кто туда попал.

Он всем оси переставит,
Смажет кобру и тромбон.
Айболита каждый славит
И мышонок и грифон.

Слон с пропеллером выходит
И взмывает в небеса.
У зайчонка вибро-ноги
Не забудь про тормоза!

Вот, ревя, к нему явился
Тонкокрылый бегемот:
Айболит, я простудился!
И растут наоборот
Рёбер сложные растенья,
В сердце острые пучки
Запустив без сожаленья.
Надевай скорей очки
И бери свой острый ножик,
Вскрой живот со всех сторон,
Чтобы выпал осторожно
Вредный синхрофазотрон!

Доктор встал на табуретку,
Страшный рот ему раскрыл
И тяжёлую таблетку
В пасть больному положил.
Чёрный ров серьёзной кручи
Светел в бешеной дали.
Бегемоту стало лучше.
Рёбра сыром отцвели.
Доктор брызнул из баллона
Прямо в сердце сквозь живот.
Нету синхрофазотрона!
Рад весёлый бегемот!

День и ночь сурьма залита
В белоснежные глаза.
Звери славят Айболита.
Он же славит небеса!

Но в один из дней погожих
Неба наземь выпал клок.
Подошли к нему, и что же?
Это птичка-свиристок!

Птичка с печенью гигантской,
В сердце шестерни стучат.
Дочь природы африканской.
Только косточки торчат.

Доктор вылечил бедняжку,
Манной кашей уколол.
Залоснились птичьи ляжки,
Быстро обморок прошёл.

Айболит! — щебечет птица.
Я должна сказать тебе:
Африканская столица
в оглушительной беде.
Там из тучи многомерной
Не позднее чем вчера
Выпал дождик эфемерный,
И угрюмая гроза
Дважды молнией хлестнула
В наш компьютер головной,
Поднялась температура,
Взрыв раздался под землёй.
Взрывом страшным гной и сало
Разметало по полям.
Населенье сразу стало
Сокращаться не по дням.
Горше б не было напасти,
Но венцом тяжёлых дней
Стал птенец порочной страсти —
Безобразный Бармалей.
Всем несёт сплошное горе
Страшный стук его копыт.
Он летает на просторе
И бросает динамит.
Грозен скрип его суставов.
Коль замешкался — беда.
Он больших гиппопотамов
Поедает в три глотка.
У жандармов — несваренье,
У военных — гайморит.
От тебя мы ждём спасенья!
Помоги нам, Айболит!

Айболит подвигал бровью,
Пыхнул трубкой, дёрнул ус,
И сказал: клянусь здоровьем,
Я злодея не боюсь!
Мощь моей гуманной силы
Возмущается в ответ!
Режу нить последней жилы
И сажуся на корвет!

Рёв морей судьбу пугает,
Но безумный Айболит
По звездам корабль свой правит
В край, где Африка лежит.
Дышат мощные турбины
Голубого корабля.
В волнах прыгают дельфины.
Приближается земля.
Вот и брег чужой пустынный.
В волнах ряд седых камней.
А далече — город дымный
Африканских королей.

Путь тяжёлый и неблизкий.
Айболит надел рюкзак.
Положил в карман сосиску,
Взял дубинку от собак
И пошёл судьбе навстречу
В город шумный и больной,
А в большой хрустальной печи
Рос мальчишечка седой.
Сон, как ложная кроватка
Выезжала из кустов,
Но кричала ли лошадка?
И приехал ли Петров?
Через джунгли сквозь саванну
Лезет Доктор Айболит.
Рубит сочные лианы,
Насекомыми хрустит.
Минул день, занялся вечер.
Город встал пред ним стеной.
Часовых чуть слышны речи,
Средь которых нет родной.
Сокол дважды рёв унылый
Протрубил на склоне дня.
Доктор птицею трёхкрылой
Взвился в небо, трепеща.
И увидел под собою
Город весь в его красе:
Башен сонм, дворец с трубою,
Трупы киборгов везде.

Вот на площадь он спустился
Пред изогнутым дворцом,
В человека обратился
И предстал перед лицом
Всемогущего монарха,
Короля из королей.
Две рабыни вносят чарку
И дают ему: испей!
Из-за острова на стрежень
Выезжают корабли.
Их прокалывает стержень,
И идут на дно реки
Саблезубые моллюски,
Печень, валенки, помёт.
Славен меч наш дивный, русский!
Хошь чего перешибёт!

Речь ведёт наш доктор мудрый:
Я пришёл ваш мир спасти!
Знаю, бродит залтокудрый
Бармалей верстах в шести.

Говорит ему правитель:
Доктор, доктор дорогой!
Ты наш славный избавитель!
Ты врага убить изволь!
Горше не было напасти:
Наш компьютер прогорел.
И единой жаждет власти
Злобный киборг-Бармалей.
Грозный рёв его ужасный
Кровь в сосудах холодит.
Ты убей его, прекрасный,
Добрый доктор Айболит!
Айболит отставил блюдо,
Выпил, выдохнув, первач:
Убивать его не буду.
Не убийца я, а врач.

Лезет доктор сквозь лианы
Со шприцом наготове.
Ловят чуткие мембраны
Информацию извне…
Датчик большого пальца:
Атпран, атпран, атпран.
Адлцтмщшугкпетщжцт
Цмултмжцщгшптжтцгк
Цуфпюдл0к4г12985ех
20345г2948ех290г5х0ен8
Ыпуоперых58егх034г

Выбегали из саванны
Вбок изогнутые львы.
Кто-то музыкою странной
Трепетал из темноты.
А потом, согласно схеме,
По спирали голубой
Подходило к точке время,
Где начаться должен бой,
И вдали мелькал усатый
Злой разбойник Бармалей
С бледной саблею горбатой,
С ожерельем из костей.
Словно сон, промчался мимо
Добрый доктор Айболит,
Взмах — и вот уже игриво
Шприц в разбойнике торчит.
Бармалея пасть согнулась,
Рёв зашкалил на низах,
Так, что всё перевернулось,
Даже стрелка на часах.
И теперь в болоте пряном
Тонет доктор золотой,
Словно бешеный, сжимая
Грудь царицы молодой.
Вы прощайте, звери, люди,
Зайчик в бешеной дали.
Я любил вас, сыр на блюде,
Голубые корабли…

Но постойте, что за чудо!
Под ногой сместилось дно,
Встало, спину изогнуло,
Пасть раскрыло широко!
И во всём болотном блеске
Вырос дядя-крокодил
В чёрном панцире железном.
В пасти воют сонмы пил.
Бармалей, увидев это,
Чёрным голосом сказал:
Я люблю Вас, Лизавета
И дарю Вам мадригал!

Я в Вас влюблён сквозь нежный чемодан.
Сквозь чемодан я сердце Вам отдам.
Чтоб целовать Вам нежную мембрану
Над пропастью пройду по чемодану.
Вам в чемодан мой чемодан поставить
И Вашей чемодан души возглавить —
Мечты моей заветный чемодан.
Житейским неподвластен он ветрам.
Чуть вижу чемодан Ваш невысокий,
Мой чемодан пронизывают токи.
И сердца чемодан поёт в груди…

Но над пальмовою рощей
Изогнулся крокодил
И к концу ненастной ночи
Он беднягу проглотил.
Рёв и сказка старой рыбы,
Горе, коля, пистолет.
Айболит стоит на глыбе
Шлёт всей Африке привет.

И когда от бумаги для писем готовы края,
Утеплённую весточку в Африку носит волна
Крокодилу столетнему в тёмный хрустальный дворец.
Стоп. Финал. Затемнение, вспышка, конец.

(ыц) Зхус