В своё время в комсомоле допускалась гораздо большая, скажем так, свобода дискуссий и заявлений, нежели в собственно партии. Потому как дело молодое, зелёное и т.п. Не полная свобода, конечно, но до почти любых радикальных проявлений коммунистической идеи. Потому как, во-первых, экстремизмом проще увлечь молодёжь, а во-вторых — иногда можно было через комсомол вбросить что-нибудь такое, что собственно партийным руляторам своими устами произносить было как бы не к лицу. Вообще не зря же это возрастное разделение было: комсомолец — ещё не коммунист, он только учится, а потому ему разрешено ошибаться. В определенных рамках, само собой, но рамки эти шире, чем для партийца. Комсомол даже определялся и представлялся как нечто горячее, кипящее, порывистое. Это была такая своеобразная отдушина, как минимум — для слов. Выступая перед комсомольцами, мог себе позолить чуть горячего и кто постарше.

Сегодняшние едряне, конечно, весьма разнородны и как минимум некоторые из них способны спиздануть ого-го. Но всё-таки начальственное положение большинства из них обязывает к некоторой сдержанности в публичных выступлениях. Зато прокачивать любым ебанутым дерьмом черепа как бы своих молодых товарищей никто не мешает. Этим молодым товарищам в свою очередь никто не мешает нести это дерьмо по всему всету с брызгами. А хули — дело молодое, горячее, комсомол. Это же, мол, не мы сказали, это, вот, дети. В общем, молодёжные организации типа комсомола, МГЕР и т.п. — это для властноприкреплённых партий такая, среди прочего, отдушина для головной пизды. Ну и стенд для тестирования бетаверсий.

Горячие сердца