Штрихи к образу офицера

В фильме «12» герой Михалкова говорит, чуть ли не сквозь слёзы: «Офицеров бывших не бывает». Как будто это что-то хорошее.

Иногда слышишь от кого-то: «Он настоящий офицер». Или того пуще: «Он потомственный офицер». Потомственный, Карл! Будто и это что-то хорошее.

Так вот, друзья, отечественный синематограф создал в голове у неслужившего русского человека какой-то совершенно мифический образ офицера, эдакого идеального почти во всех отношениях подтянутого хрена в мундире. Между тем, что такое офицер?

Я даже не буду рассматривать такие очевидные неприятные вещи, что офицер — это а) профессиональный убийца, б) защитник государства, в) человек, встроенный в жёсткую иерархическую структуру, где приказы не обсуждаются, а люди носят униформу и ходят строем. Это всё очевидное.

Я расскажу о том, о чём многие, видимо, не догадываются.

Начну с того, что, не знаю, как сейчас, а в 90-е офицеров в армии солдаты называли шакалами. И никак иначе. За что? Да за всё. За схожесть. Как представляет себе шакала средний русский молодой человек? Что для него инвариант этого образа? Очевидно же. Шакал Табаки из мультика про Маугли. Помните это нарисованное животное? Вот вам образ российского офицера глазами солдата.

Продолжу. Офицеры используют труд солдат в личных целях. Солдаты здесь находятся в ситуации фактического лишения свободы, то есть, офицеры выступают здесь как выгодополучатели рабовладельческой структуры. Солдаты вскапывают огороды офицеров, обслуживают их дачи, белят потолки в их новых квартирах, работают носильщиками, когда офицерские жёны ездят за покупками, копают ямы под фундамент офицерских гаражей и так далее. Возможно, так делают не все, но очень и очень многие. Думаю, не совру, если скажу, что большинство. Я лично знал штабного полковника, который сокрушался, что, мол, в своё время так хорошо учился в училище, что так с тех пор и пошёл по штабной части, а личного состава (то есть солдат в подчинении) у него за всю карьеру никогда не было. «Дачу вскопать — сам. Мешки с картошкой перетаскать — сам. Для этого я, что ли, в армию шёл?» — на голубом глазу жаловался он мне, не будучи даже пьяным. В заполярной дивизии комдив запросто посылал солдат в тундру собирать ягоды — себе (комдиву, а не солдатам) и для проверяющих из округа.

Одного только вот этого факта массовой эксплуатации офицерами труда подневольных молодых людей было бы достаточно, чтобы не считать офицерство чем-то сколько-нибудь приличным. Но это ведь далеко не всё.

Офицеры воруют. Тащат всё, до чего руки дотягиваются.

Начальник караула берёт разводящего и тупо снимает пост на складах ГСМ на десять минут, чтобы прапор с этого склада мог спокойно украсть пару канистр, которые он потом кому-то продаст или отдаст за услугу. Начальнику караула тоже что-то перепадает.

Начальник штаба полка ворует на продскладе то вещмешок свёклы, то вещмешок картошки и заставляет солдат проносить их через КПП — на случай, если дежурный по КПП вдруг решит проявить принципиальность. Он-то, понятно, начштаба полка, замнёт, но зачем ему неприятности? Пусть они лучше будут, если что, у солдат.

Штабной полковник ворует в какой-то из подведомственных частей маскировочную сеть — чтобы обтягивать ею парники на своей даче.

Бухая ночью в общаге на территории военного городка, послать солдата в наряд по столовой за буханкой хлеба и килограммом чищеной картошки — это вообще обычное дело.

Лично у меня штабные офицеры (в звании не ниже подполковника) постоянно воровали чертёжные принадлежности. И друг у друга тоже. Ну то есть до мышей, да. Кто может украсть машину кирпичей — ворует машину кирпичей. Кто может плакатное перо или «пилотовский» маркер — воруют перо и маркер.

Офицеры поощряют воровство и безнаказанность воровства в среде солдат. Так, отдавая приказ подмести боксы в парке военной техники, офицер не интересуется, где ты возьмёшь то, чем будешь подметать. Украдёшь в соседней батарее? Замечательно, его устроит. Солдат, жалующийся офицеру, что у него украли, например, рукавицы, получает в ответ поговорку: «В армии нет слова «украли», есть слово «проебал»».

Когда офицеры говорят об армии, о том, что государству следует уделять ей больше внимания, выделять больше денег и т.п., они имеют в виду себя. Солдат большинству из офицеров не видится частью армии. Он для них отчасти дармовой источник обогащения, отчасти обуза и проблема. Их отношение к солдату: «Что бы солдат ни делал — лишь бы заебался». Потому что заебавшийся солдат не может делать ничего, в том числе не влетает в разные косяки. Правда, иногда совсем уж заебавшиеся могут сбежать домой или вовсе пустить пулю в себя или расстрелять караул, но это всё же случается редко. При этом заниматься с солдатом боевой подготовкой, а уж тем более — как-то разумно организовывать его свободное время офицеру неинтересно. Ему проще занять солдата какой-нибудь бессмысленной выматывающей хренью, типа выкапывания/закапывания по сотому разу одной и той же канавы, крашения грязных сугробов в белый цвет, надраивания плаца сапожными щётками и ползания по-пластунски в противогазах в ногу с песней.

Ну и, наконец (на самом деле, много ещё можно рассказывать; кто сталкивался, легко дополнит, но всякий текст должен иметь разумные границы) — для чего вообще молодые люди идут в военные училища? Например, чтобы в армии не служить. Как ни странно это звучит, ага. Имеется в виду — чтобы избежать срочной службы. Чтобы рано, находясь ещё в бодром трудоспособном возрасте, уйти на пенсию. Ради государственных жилищных программ. Чтобы «иметь личный состав» (читай: рабов). Потому что в военные училища часто легче поступить, чем в гражданские вузы. Ну и, совсем уж изредка, — чтобы родину защищать (тоже, к слову, более чем сомнительный мотив).

Потомственный офицер? То есть, потомственное вот это всё? Ну не знаю. Потомственные урки, наверное, тоже гордятся династиями.

2 Comments

  1. >> Начну с того, что, не знаю, как сейчас, а в 90-е офицеров в армии солдаты называли шакалами.

    И сейчас так называют.

    >> Ну и, совсем уж изредка, — чтобы родину защищать (тоже, к слову, более чем сомнительный мотив).

    У меня был коллега по работе (в оборонке). Он учился в военакадемии. Рассказывал мне, что пошёл туда, в детстве насмотревшись советских фильмов и начитавшись советских книг. На гражданке занимался спортом и всё такое. Но, говорит, что в академии нормально пострелять даже не получалось, и вообще фигнёй какой-то занимались. Он и перевёлся в нормальный универ учиться (на инженера-радиолокаторщика, кажется). А потом по той же причине (не возможно нормально развиваться) уволился из оборонки.

    >> Например, чтобы в армии не служить. Как ни странно это звучит, ага. Имеется в виду — чтобы избежать срочной службы.

    Офицеры учатся одним курсом. У них нет дедовщины в классическом понимании. Дедовщины многие как раз и боятся в Армии.


    Ещё негативчика. У офицеров решает карьера. Причём слететь можно с полковника до рядового за то, что ты не можешь контролировать в принципе. Они там все очень сильно боятся быть наказанными и слететь (у нас называлось «засосало»), поэтому какой-то инициативы и передовых технологий от офицеров дождаться там очень сложно. Соответственно, в такой среде они там прокачивают все эти методы подсиживания друг друга и подставки коллег. Серпентарий там ещё тот. Там таких схем обскакать коллегу я насмотрелся и наслушался, что я б от таких людей держался за 100 км, а не работал бы с ними.

    >> постоянно воровали чертёжные принадлежности

    Я вот этого тоже не понимал. Зачем воровать все эти ручки, карандаши и пр. Они ж копейки стоят.

    >> Офицеры поощряют воровство и безнаказанность воровства в среде солдат.

    Воровство в Армии — та ещё проблема. Там у людей прям какая-то скрытая клептомания просыпается. На гражданке, вроде, все ещё держатся как-то более-менее…

  2. Всё так. Только насчет военного времени, Денис, тема не раскрыта. А война -это как бы основной профиль офицера. Так вот, в соответствии с той концепцией ведения войны, которая существовала при Сталине, основная задача офицера — бросить безоружных, плохо экипированных и необученных граждан страны на хорошо обученную и вооруженную армиию противника. Чтобы вражеские пулеметчики сходили с ума, а пулеметы перегревались.
    И что-то я не вижу, чтобы концепция поменялась.
    А Вы говорите, шакалы. Обидно даже.

Добавить комментарий