Ислам хуже христианства только одним: он сегодня живее, активнее, среди его приверженцев больше людей именно что религиозных, а не называющих себя таковыми по традиции или по привычке. Именно поэтому и исламский терроризм, и мусульманская агрессивность в отношении людей, выступающих против религий вообще и против ислама в частности, поэтому нападения на тех, кто шутит на тему ислама. В христианстве этого нет, пока оно спящее, номинативное, пока в церковь ходит одна старенькая бабушка на квартал, а остальные так, изредка, в Пасху, если не лень, пока религия жёстко отделена от светского образования, а государство не даёт ей прорасти в себя сколь-нибудь существенным числом ложноножек. Как только христиане становятся активнее, как только они начинают в самом деле считать себя христианами и выбирают это основание для значимого противопоставления себя другим, не-христианам, они становятся не лучше мусульман. Мы это прекрасно можем наблюдать не только на примере прошлых веков, но и сегодня, на примере Энтео, Милонова, дела «Пусси Риот», пстов в социальных сетях, в которых христиане завидуют агрессивной дикости мусульман (обобщённое «сделали бы они это в мичети»), хотят быть как они и выражают солидарность с преступниками, творящими беспредел в отношении тех, кто смеет публично высказаться некомплиментарно об основателе исламской религии.

Так что, да, сегодня христианство лучше ислама, но не потому, что ему имманентна какая-то особенная лучшесть. Оно лучше только потому, что мертвее, что отодвинуто на краешек современной европейской (в широком смысле) культуры. Только этим оно и хорошо. И идиот тот, кто призывает ради противостояния исламу подпитывать христианство, впускать его в школы, обеспечивать ему государственную поддержку: вы призываете тушить пожар керосином.

Любая религия (ну, может, за очень редким исключением, но среди традиционных конфессий таких исключений, как выяснилось, нет: даже буддисты пытаются посадить человека в тюрьму за изображение Будды в наушниках) — это прежде всего догма, это механизм подчинения, концепция святого, сакрального сама по себе подразумевает, что некий набор чего попало, произвольно взятых имён, изображений, сочетаний звуков и визуальных точек важнее, чем свобода человека и его жизнь. То есть, для них графофонетическая последовательность, составленная из фонем и соответствующих им букв «М», «у», «х», «а», «м», «м», «е», «д», — важнее, чем твоя жизнь. Для них канон расположения цветовых пятен в виде сидящего в позе лотоса чувака — важнее, чем твоя свобода. Для них две скрещенные палки важнее, чем твоё всё. Поэтому хорошими они могут быть только когда их мало и они особенно не высовываются из-за забора своего клуба по интересам, когда к школе их не подпускают на пушечный выстрел и когда государство ограничивается в их адрес, максимум, дежурными холодными вежливостями в их праздники.

Так что, не надо ухудшать христианство. Напротив, его надо бы даже несколько улучшить. Даже буддизму не помешает улучшение. А уж исламу существеннейшее улучшение — просто необходимо.