Позавчера ходили с Сашей в кинотеатр «Пионер», что в парке Горького, на лекцию Гасана Гусейнова. На саму лекцию опоздали, но послушали вопросы аудитории. В основном там была школота, в смысле студенчество, но первый вопрос задавал взрослый мужчина в футболке с обозначением политической позиции — надписью «Навальный». Так вот, он был совершенно безумен: задавая довольно короткий вопрос, четырежды бессмысленно нагрубил Гасану и совершенно не в тему ввернул промеж иных слов призыв «Ни одного голоса Собянину».

Вокруг всякой политической, особенно протестно-политической движухи с конца 1980-х собираются вот такие и хуже. В периоды обострения политической активности их можно встретить (и заметить) в самых неожиданных местах. И механизма их отсечения от любой, даже совершенно нормальной и полезной массовой публичной активности, не существует (кроме пресечения активности как таковой).

Сторонники, так сказать, текущего курса то и дело с радостью вываливают в сеточку глупости и безумия сторонников «несистемной оппозиции», те отвечают взаимностью, благо идиотизма хватает с обеих сторон, особенно в самом «низу», среди сочувственно настроенных обывателей. Впрочем, и образованные в университетах публицисты и государственные мужи тоже регулярно такого жару дают, что бабушкам со скамеечки у какого-нибудь провинциального подъезда впору им завидовать.

А всё потому, что большинство людей умственно ленивы. Можно ещё сказать — глупы. Но в слове «глупость» чувствуется какая-то предопределённость и безысходность, характерные вовсе не для каждого, кто глупо себя ведёт и говорит чепуху. Не всякий глуп потому что собственно глуп, большинство просто закоснели в лени ума. При этом быть глупым или же ленивым в уме — вовсе не беда. Ведь почти все в детстве и юности были обучены разным вещам и умеют эти самые вещи очень неплохо делать. Безумная бабушка, рассказывающая на видео о том, что «у Навального две жены, одну он отправил в монастырь», наверняка замечательно варит борщ, мечет салаты, штопает наволочки. Мужчина, ни за что ни про что нахамивший лектору в парке, может быть неплохим инженером или финансовым директором чего-нибудь. Беда начинается, когда водоворот социальной движухи затягивает людей в области, которых они не знают, в которых не умеют ровным счётом ничего. При этом мыслить самостоятельно они не умеют и/или не привыкли, а полноценного набора инструкций, такого, как дают в течение пяти лет в институте и потом допиливают на рабочем месте, или такого, что складывается сперва из многолетних наблюдений за мамой и бабушкой и их прямых наставлений, потом из рецептов поваренной книги и советов соседок и подруг и шлифуется опытом тысячекратного повторения одних и тех же движений, у них на эту новую для них область нет. Но вот что-то заставило считать деятельность в этой области важной и необходимой. И что делает человек? Он ищет инструкции. Он подсматривает и повторяет. Но осознанно и самостоятельно перенести на новую деятельность, с учётом её специфики, методики своих прежних трудов он не может, и снаружи ему никто никакой методики не даёт. Не университет же. И даже не поваренная книга. Зато его окружают лозунги, слухи, рекламные слоганы, чьи-то раздражённые выплески эмоций, кашеобразные флеймы на форумах и у подъездов. Вот он всё это и повторяет в более или менее произвольном порядке. При этом на работе он остаётся нормальным надёжным сотрудником, дома замечательной любимой бабушкой с самым вкусным в мире борщом, в публичном пространстве в то же время плюётся идиотическим: «Сталин возрождал православную империю жиды всюду пролезли навальный жену в психушку посадил собянин удмурт оппозиция против путина а значит против народа арии пришли из гипорбореи, дорогой Мартин Алексеевич».

Это всё не только в околополитическом ряду проявляется. Он просто особенно на виду. А так — всюду. У иных и по, так сказать, основному роду занятий — когда что-то резко меняется. Помню, как одна преподавательница в 1996-м году начала лекцию словами: «Человек появился на территории нашей страны около шести тысяч лет назад». Я узнал эту фразу с первой страницы учебника истории СССР. Под «территорией нашей страны» там имелось в виду центрально-азиатское Двуречье, не входившее в состав «нашей страны» на тот момент уже около пяти лет. Вот так. Основная работа у человека, пять лет с момента изменения, она так и тарабанит по заученному в институте.

Или другой пример: помните, как с конца девяностых и, примерно, по середину двухтысячных дичайше популярны были сборники высказываний и описаний действий наших соотечественников, недавно столкнувшихся в быту с компьютерами и интернетом и отчаянно по этому поводу тупящих? Я сам такие составлял, наблюдая за посетителями электронного сектора публичной библиотеки. Каждый первый, приходя в интернет-класс, выдавал глупость за глупостью и глупостью же припечатывал. И так изо дня в день. Долго. И что теперь? Привыкли, научились, живут «вконтактике» круглые сутки, печатают большим пальцем с закрытыми глазами и не жужжат, и не тупят особенно. Научились. Но сколько времени прошло. Компьютер стал, как борщ, обыденностью, в любой квартире ловишь пять-шесть соседских вайфаев, а интернеты полны не только глупых флеймов, но и разумных, пошаговых, поэтапных мануалов с картинками по любой программе, любой ОС, любому софтверному или хардверному вопросу. Но как было-то. Мы ведь помним.

И при этом ждём адекватности от человека, вдруг, внезапно выпадающего из уютной обыденности в политический активизм.

Вся массовая политическая движуха будет оставаться преимущественно идиотской до тех пор, пока политическая активность граждан не будет либо жёстко ограничена и взята под сплошной «методологизирующий» контроль, как в СССР (в этом случае фриковать будет только сторона «власти», а остальные молчать в тряпочку и шептаться), либо не станет для большинства обыденной повседневностью, как мобильная связь и домашний/служебный комп. Однако в движении ко второму долгого периода почти всеобщей фриковости на этом поле не избежать.

Конечно, мы будем над околополитическими фриками смеяться, потому что они смешные. Мы будем возмущаться их словами и действиями, потому что глупости раздражают. Но в целом надо осознавать, что увеличение поголовья и, что важно, разнообразия политизированных идиотов — знак позитивный. Ибо свидетельствует о движении ко всеобщей бытовой политической грамотности.