Вопросы метода

Незадолго до праздников поспорили с коллегой по поводу одного места из блаженного Августина истории монотеизма. Ну, поспорили и разошлись, и ладно. Это я так думал. А она так не думала, она продолжала искать аргументы и хотела вернуться к спору. На следующий день она заходит ко мне в кабинет и говорит:

— Всё-таки я была права. Вот, смотрите, тут книжка есть очень хорошая… Почитайте, тут всё очень хорошо объясняется…

И протягивает мне книжку. Я смотрю на обложку и не верю своим глазам, потому что там написано: «Православное введение в религиоведение». Я аж головой тряхнул, но наваждение не исчезло. «Православное введение в религиоведение» — так и написано.

— Нет, — говорю, — спасибо, но я предпочитаю светские книги по религиоведению.

— Светские, — кривит рот коллега. — Ну, известно, что они там напишут…

Я спорить не стал, потому что, понятное дело, спорить тут бесполезно. Хотя бы потому, что мне тоже известно, что напишут православные религиоведы.

Собственно, впервые я столкнулся с этой ситуацией, когда вернулся из армии и восстановился на филфаке. В учебной программе филфака, как вы, наверное, знаете, большинство дисциплин — гуманитарные. А в гуманитарных дисциплинах в России с недавних пор остро актуальной стала проблема метода. Почему? Ну, потому что так называемые гуманитарии почему-то считают, что за гуманитарные исследования можно браться, используя методы, покоящиеся на основаниях, которые ни одному самому смелому идиоту не придёт в голову утвердить в поле физических, химических или ещё каких-л. естественнонаучных исследований. То есть, не может быть православной физики, не может быть и рассматриваемого всерьёз в академическом сообществе физического или там биологического учения, основывающегося на концепции богочеловечества, например, или на догматах той или иной религии. Просто не может быть. По крайней мере, пока и в нашей стране. Но, простите, православное религиоведение — возможно. Причём, о нём могут всерьёз говорить не в религиозном учебном заведении, а в споре, касающемся работы над совершенно светским изданием. В моём родном вузе после моего возвращения из армии тоже наблюдалась интересная ситуация: гуманитарных безумцев тогда как раз спустили с марксистского поводка и выпустили за пределы истмата и диамата. В результате лекции, семинары и университетские сборники заполнились скучным безрадостным безумием: гуманитарные люди, не владея никакой методикой, кроме марксистской, старались отказаться от последней и пользоваться тем, что им, оказывается, на самом деле близко, а в результате договаривались не только до существования платоновского мира идей и святости старославянского языка, но и до гороскопов и выяснения (руководствуясь, разумеется, чувством), какие стихи соответствуют мировой гармонии, а какие нет. А ведь между тем любая гуманитарная дисциплина, если к ней применять ненаучные методы, точно так же перестаёт быть наукой, как и любая другая. Поразительно, но для большинства гуманитариев это почему-то неочевидно. И ведь те люди, о которых я говорю, воспитаны при советской власти, когда в ларьках не продавались гороскопы, а по телевизору не показывали снятые всерьёз телепередачи о вселившихся в автомобиль злых духах. Страшно представить, что будет твориться в русской гуманитарной науке и в преподавании гуманитарных дисциплин лет через десять.

Две ссылки в тему:
http://willy2001.livejournal.com/4359300.html
http://lj.rossia.org/users/mrparker/9579314.html

1 Comment

  1. А в советское время ваша коллега, зуб даю, любила почитать «Историю КПСС» перед сном.

Добавить комментарий