Пытаюсь в метро и в постели читать «Ночь нежна» Фитцджеральда. Идёт с трудом. Какие-то унылые бессмысленные хипстерские топтания, утяжелённые чрезмерным вниманием автора к пейзажным и портретным описаниям. Пока не ощутил от этой книжки и капельки удовольствия. Зачем читаю? Ну, она второй раз мне под руку попалась. А, нет, третий. Предыдущие два раза я вообще не смог продраться через тягомотнейшие первые странички с описанием, прости господи, пейзажа, интерьеров, а также внешнего вида двух героинь и нажал «Вернуться в библиотеку». В этот раз решил быть умнее и просто пролистал первые страницы, перейдя сразу к беседам на пляже (а потом и других местах). И в этот раз увяз уже в этих беседах. Как в болоте. Вот уже восьмая глава, а ничего, даже отдалённо похожего на интерес, во мне этот текст не родил. «А мы вас узнали…» «А я влюбилась…» «А что я видела на втором этаже…» «А будет дуэль…» Тьфу, пустобрёшество какое-то сплошное. Но зато мне стало интересно другое: как автор не уснул сам от скуки и не бросил писать всю эту хрень на первой странице? А на второй? А на седьмой? Десятой? Даже увлекательнейшие вещи бывает чрезвычайно скучно записывать. Потому что, ну, ты же уже придумал фразу, уже её внутри себя проговорил, то есть, самому главному читателю — себе — она уже известна. Не стараться же ради каких-то других людей. Но потом думаешь, что, может быть, жене или близким друзьям, ну, тем, кто не совсем другой, так сказать, это было бы, наверное, тоже интересно прочитать, и всё-таки заставляешь себя. В конце концов, если что-то совсем увлекательное, иногда можно его и второй раз про себя проговорить с удовольствием. А тут — унылейшая какая-то чепуха ни о чём. А автор всё пишет и пишет. Да он просто герой какой-то, этот ваш Ф.С. Фитцджеральд! Просто, можно сказать, гений. Жду, что со страницы на страницу должно случиться то, ради чего, собственно, всё это вот так вот героически размазывается. Правда, подозреваю, что не дождусь.