Чёртова война

В последнее время я стараюсь удерживаться от резких слов в адрес РПЦ. Во-первых, их и без меня ругают достаточно; во-вторых, некоторые мои друзья числят себя среди адептов этой тусовки и болезненно воспринимают всякий наезд на неё, мне же приятнее не пнуть лишний раз зарвавшегося жреца, чем сделать нехорошо хорошему человеку; в-третьих, у меня есть достаточно весомое ощущение, что ярых горлопанов из и около РПЦ так или иначе тихонько подогревают из властных кабинетов, чтобы горлопаны с другой стороны, а за ними и народ меньше заглядывали в окна этих самых кабинетов. Наконец, меня очень сильно беспокоит жёсткое общественное противостояние, на одном их полюсов которого сейчас с подачи девичьей панк-группы всё та же РПЦ и её более или менее яростные крестоносцы.

Собственно, с момента, как узнал, что «Пусси Риот» назвали свою акцию в экс-бассейне молебном, я сказал, что с моей точки зрения это внутрирелигиозная разборка между сторонниками каких-то традиционных правил обращения к божеству и изобретателями какого-то своего собственного способа. Я атеист, не молюсь и правилами молитвы не озабочен. Пусть между собой спорят. Так я думал в начале.

Вскоре однако церковь подтянула для решения, казалось бы, глубоко внутреннего вопроса государственную машину. И тёлок стали пытаться посадить. Мне государство вообще не нравится. И церковь не нравится. И не нравится, когда кого-то сажают. Хоть бы и за что-то серьёзное. Ну, потому что я не считаю, что у государства больше права, чем у личности. Но с наказаниями за убийства, за отбирание последнего, за изнасилования я ещё готов мириться. Наверное, потому что не готов решить, какое преступление мне не нравится больше — убийство или государство. Пока решил, временно и условно, остановиться на рабочей версии, что убийство хуже. Но вот когда государство начинает штрафовать и сажать людей за слова, а теперь ещё за танцы и песни, я абсолютно уверен, что в этом своём проявлении оно вредно, опасно, омерзительно и, пожалуй, едва ли многим лучше убийства или, во всяком случае, изнасилования. Однако, когда государство насело своим ржавым железным пузом на абсолютно безобидных тёлок, вся вина которых в том, что оно им не нравится и они посмели громко прокричать об этом, адресуясь — смешно — к навязанной им дремучей традицией фантазии о неких высших существах, я, хоть мне это и не нравилось, молчал. Успокаивал себя тем, что всё есть движение элементарных частиц, из-за которого глупо волноваться, тем, что тёлки эти мне никто и иереи эти мне никто. Да и, по-хорошему, и суды эти, и государство это, и обе-две тусовки, схлёстывающиеся под зданием суда и в соцсетях, тоже мне никто, как и я им. В них, особенно взятых вместе, столько злобы, что мне очень не хотелось, чтобы какое-то моё слово послужило ей пищей и умножило бы её. Я тут, в конце концов, живу, эти люди меня окружают, и, когда речь идёт о серьёзном гражданском противостоянии, было бы очень дурно, если бы на одно из знамён этого противостояния вдруг подняли бы набор дремучих мракобесных заблуждений о несуществуемом, недоказываемом и неопределимом. Грубо говоря, поместить на флаг «Бога» — это хуже, чем запихнуть туда нацию или даже коммунизм. Потому что нация, пусть с тонной оговорок и с размытыми границами, так или иначе существует и так или иначе ощутима, коммунизм хотя бы теоретически возможен или, как минимум, представим, а «Бог» — это что угодно.

Государства и общества интуитивно понимают эту неприятность «Бога» и предпочитают иметь дело в привычными его вариантами, описанными в догматических текстах и закреплёнными в традиционных практиках. Потому что удобно знать, чего ждать. Мало кто любит новые секты, новые течения. Проще с известным. Однако и у известного, когда речь о теоцентрических системах, всегда есть второй, грубо говоря, заалтарный лик. Если вы видели заалтарные лики статуй божеств в традиционных индуистских храмах, вы понимаете, о чём я: заалтарный лик — это, как правило, чудовищная рожа. В православии ничего такого явно символически обозначенного нет, но не зря их Саваоф будто бы показывался Моисею лишь одной своей стороной (задом): от заалтарного лика этого «Бога» становится нехорошо.

Интеллигенция сейчас отчего-то всё норовит напомнить РПЦ о Христе, отчего-то забывая, что христианство все свои два тысячелетия продолжает таскать за собой и древнееврейский Ветхий Завет жестковыйных злых кочевников с ревнивым Яхве. В своё время он нужен был реформатору Иисусу, чтобы опереться, но его не сломали позже ни Павел, ни Вселенские соборы, ни даже повальный европейский христианский антисемитизм. Вы, друзья, глядя со стороны, пытаетесь учить христиан «доброй», рекламной стороне их «Бога», в то время как им изнутри ближе и понятнее его хтоническая заалтарная версия.

Впрочем, даже оставив эту культурологию, всё равно едва ли стоит приводить в качестве аргумента то, во что сам не веришь или веришь не так, как тот, кому ты этот аргумент приводишь. Потому что в первом случае это нечестно, а во втором ведёт лишь к противоставлению одной веры другой, которое не решается словесными аргументами — только подвигом, силой, примером, подлостью или уничтожением.

Дошло однако уже и до подвигов, и до подлостей: одни зашивают себе рот, другие лгут о вагине. И это уже, особенно первое, не абстрактные рассуждения о мировоззрении давно умершего реформатора иудейской религии, сумевшего поймать социальную волну, привлечь на свою сторону активных сторонников (в том числе, напомню, и бесчинством в храме), перешагнуть жесткие племенные рамки и создать базу для новой мировой идеологии. Это уже больше. Это уже похоже на движуху, вызванную деятельностью того самого проповедника. Мне это кажется дурным знаком. В конце концов, все мы помним, что тусовки Христа с учениками были лишь частью тогдашнего брожения, которое через 30-40 лет вылилось для Иудеи карательной операцией Тита и практически уничтожением народа, а для всего мира началом «смерти богов». Меня это беспокоит, потому что мой советский народ был уничтожен буквально совсем недавно, хватит уже, я не хочу карательных отрядов на своих улицах.

Однако я понимаю, что, как Иисус был не причиной, а следствием, одним из отражений состояния общества в своё время, так и «Пусси Риот» сегодня лишь одно из зеркал исторической ситуации. Как тогда было по пророку на квартал (возьмите хоть Иоанна с его водным крещением и козьими шкурами), так и сейчас — если не «Пусси» в храме то «Фемен» у стен храма. И если бы Иисус помер в 15 лет от какой-нибудь заразы, те же плотники и рыбаки примерно в то же самое время объявили бы Христом какого-нибудь другого учителя. А если бы «Пусси Риот» повязали бы и как-то нейтрализовали ещё после Лобного места, в ХХС или на другой особо значимой для чиновников РПЦ территории сплясал бы кто-то другой. Потому что исторически что-то такое назрело. Не могли не сплясать. И то, что в честь «Пусси» теперь пишут квазииконы и зашивают рты, против них бьют людей, а также с обеих сторон преизряднейше врут и беснуются, говорит в пользу того, что назрело остро и явно не только и даже не столько это. И не только потому, что жречество одной старой секты как-то устало иметь дело с жутким заалтарным фейсом своего божества и повернуло к себе тот лик, что посовременнее и подобрее, а древнюю злую физиономию обратило наружу. В конце концов, кому бы это верчение было интересно, если б они крутились среди своих и без участия государевой кавалерии. То есть, например, бахаи какие-нибудь или, скажем, кришнаиты — они ведь тоже, возможно, вертятся как-то, да и богов своих как-нибудь вертят — никого это не волнует. Здесь же разговор не о «Боге». Здесь разговор о власти, о роли общества, о законах, о личных свободах. И начался он не с «Пусси Риот». Он начался в декабре — когда изрядная часть общества чуть пристальнее, чем обычно, вгляделась в механизм общенародного утверждения временных уполномоченных, ошибочно и опасно именуемых сейчас некоторыми «властью». И разговор этот час от часу ближе к вилам. Псевдорелигиозная, околоморализаторская риторика тут — пена, чепуховые ошмётки подлинных вопросов о распределении свободы и материальных ресурсов. С одной стороны государство штампует злобные карабас-барабасовские античеловеческие законы, с другой ужаленное его змеиным жалом общество так или иначе дёргается. В виде «Пусси Риот», например. Религия тут так — тень от забора: с какой стороны посветишь — соответственно упадёт. Особенно старая и опытная религия — научилась уже за много лет падать по-разному. У государства фонарик пока больше — вот на «П.Р.» от религии больше тени. Но и в иную сторону перепадает. Цитат, если что, на всех хватит. И битва тут, конечно, не между тенями, а между теми, кто фонарики держит. Собственно, даже в риторике, фигурально выражаясь, представителей тени легко разглядеть роль главенствующую роль фонарика.

Вот, например, посмотрите на этот, мягко говоря, неприятный текст: http://antimodernism.livejournal.com/74407.html. Прочитайте его внимательно. Текст жуткий и злой, по настроению это текст жреца, чей мозг съеден «заалтарным», «ветхозаветным» ревнивым божеством. И не стоит, конечно, бросаться на него «с Христом на перевес» — просто потому, что их «Бог» — он многофункциональный, то есть и такой тоже. Он — их, пусть сами с ним разбираются, он не важен на самом деле. Важно в этом тексте другое. Во-первых — подпись, из которой видно, что его автор, публично объявляющий Сергея Шаргунова, подписавшего обращение в защиту «П.Р.», врагом, делает это «по благословению протоиерея Александра Шаргунова». Я не понимаю, неужели вопрос честного или обманного допуска тех или иных жуликов к законотворчеству, к налоговой кормушке, вообще к государственному ресурсу стоит такого? А речь ведь (это во-вторых) именно об этом, о государстве, а вовсе не о вере и религии. Вчитайтесь. Автор, укоряя Сергея Шаргунова в том, что для того важнее Уголовный кодекс, то есть закон государства, а не Закон Божий, сам в защиту своей точки зрения пишет: «В Христианских государствах за богохульство казнили». То есть, обращается к практике, опять же, государств. Заметное такое бревно в глазу, прямо указывающее нам, откуда у чего ноги растут. В ту же сторону, кстати, светит и привлечение образа убийцы детей Чикатило. То есть, понимаете, для священника упомянутых здесь же убийцы детей Ирода, желавшего убить в т.ч. его собственного «Бога», и предателя всё того же «Бога» Иуды — недостаточно. Ему для убедительности нужен Чикатило. И государства. И это в тексте, где он сам обвиняет другого в том, что для того светское понятнее религиозного. И вот в этих моментах, собственно, подлинный ужас ситуации: один человек объявляет другого врагом на основании того, чему сам подвержен. Да ещё и с таким вот благословением. Врагом. Не знаю, как вы, а я вспоминаю старинную формулу-присказку о междоусобицах и гражданских войнах — сын пошёл на отца и брат на брата. И мне от этого воспоминания нехорошо.

Мы с вами своим небрежением, своим презрением к выборам, отсутствием интереса к политике, своим самоустранением довели государство, которое и в принципе не мёд, до мерзости, до бесконтрольной наглости, до того, что многие, особенно молодёжь, просто уже не могут терпеть и в силу своего разумения совершают какие-то резкие движения, кого-то задевают, те злятся, тоже совершают резкие движения, и всё это ведёт нас к чёрт знает каким ещё потрясениям. Я их не хочу. Я пока не до конца уверен, что сам из 90-х вполне уже выбрался. Ну, может быть, выбрался, но опять в них или во что пожёстче — не хочу. Было круто, но, спасибо, достаточно. Я не чувствую себя вправе призывать вас кого-то жалеть, кого-то миловать, быть к кому-то мягче или, наоборот, строже, не призываю отказываться от убеждений и заблуждений. Это ваши эмоции, ваша жизнь и ваша свобода. Я лишь прошу вас всех: чуваки! пожалуйста! будьте внимательнее, больше думайте и не рубите с плеча; чаще задавайте себе и окружающим вопросы и внимательно выслушивайте ответы. Да, свои ответы в том числе. Повторяю: слушать друг друга и прислушиваться к себе — полезно. И аккуратнее, ответственнее с выбором врагов. А также с публичным их объявлением. С публичным особенно. И так всё натянуто — аж звенит. Понятно, что рано или поздно лопнет, но пусть хоть не всем морды раскроит при этом.

А то я замечаю, что уже не только безумные вечные глашатаи крайностей, но уже даже вполне разумные, вменяемые и спокойные люди, отталкиваясь от всего этого дела с «П.Р.», начинают разных более или менее разрушительных явлений публично желать — то что-то взорвать, то кого-то казнить, порвать, выпороть. Ну вот, положим, взорвали, убили и выпороли — ваши проблемы это решило? А если подумать? Фиг знает, может, вам лучше, ну не знаю, отдохнуть, сменить работу, съесть котлету, подлечиться, сходить на рыбалку, потрахаться, заняться спортом? Подрочить, в конце концов? Сделать всё это последовательно, а потом ещё подумать? Должно же помочь. Нет, если вы в самом деле хотите, как это сейчас говорят, разжигать ненависть и вражду, флаг вам в руки. Но ведь наверняка хотя бы часть из вас наоборот хочет, чтобы всё было хорошо и удобно? Обидно было бы перепутать. Некоторые, возможно, из-за силы эмоции не вполне осознают её, так сказать, знак. Знаете, как бывает, когда то ли кипяток, то ли лёд? Уменьшите накал — сразу понятнее станет — посадить, взорвать или погулять.

Я, если ещё не поняли, за погулять. В большинстве случаев. И за ещё погулять, если не попустило. До семижды семи раз пытаться побороть гнев и глупость не предлагаю, но пару-тройку раз попытайтесь — потом спасибо скажете. Не мне. Себе.

6 Comments

  1. отличный текст. спасибо.

  2. Очень разумно и весьма актуально! Спасибо за отличную статью.

  3. лучше худой мир…????

  4. Чем необдуманная война, развязанная под влиянием зашкаливающих эмоций? Да.

  5. я с вилами на попов не лезу, да и они ко мне не лезут, пока не лезут, а если? (телодвижения направленные в мою сторону (меня как личности) наблюдаются…

  6. Кремль стоял и будет стоять, а Pussy сидят и будут сидеть

Добавить комментарий