Слушаю русскую народную музыку и задумался: а знают ли эти бабки, поющие «Калина, калина, кали, душа моя», что такое собственно калина? Вот я, например, не знаю, хотя всякую «калинку-малинку» слышал, конечно, с детства. А сейчас мне 36. Но ведь то я — пытливый ум. А то бабки.

Заглянул в педофикцию:

Калина

Кажется, что-то такое я где-то когда-то видел. Но не уверен.

А ваще фольклор, конечно, заканчивается. Тот, настоящий, русский. Прервалась традиция. То есть, записанное останется, фольклорные ансамбли будут всё это досконально воспроизводить, копируя говор и манеру той местности, в которой записана та или иная песня, но живая традиция передачи доживает последние дни. Та самая традиция, в которой архангел Гавриил превращается в Гравила, а святые Борис и Глеб — в нечто зооморфное по имени Хлеб-Барыс. То есть, через двадцать лет мы не узнаем, во что бы превратились все эти тексты, доживи они до этого времени. Записанные их варианты останутся теми же, что и сегодня. А народ будет вариировать совсем другие тексты. То есть, фольклор останется, конечно, без него не бывает, но это уже другой фольклор, другого времени и другой цивилизации. Потому что бытие определеяет сознание, ага. Никто не будет сегодня сидеть группой без телевизора и проигрывателя и петь эти длинные монотонные песни с непонятными словами. И если городской пласт (анекдоты, блатняк и т.п.) изменяется пока непрерывно, то деревенская традиция всё, йок, шумерский язык.