Пару месяцев назад в спортзале попробовал встать на так называемый эллиптический тренажёр (который «лыжи», с палками). За десять минут на нём ушиб сам об себя внутри себя всё, что только можно — суставы, внутренности. Не понимаю, почему говорят, что он, как бы, безопаснее для суставов, чем дорожка. На дорожке со мной ничего дурного не случается, а тут — ну невозможно же приноровиться к скорости и ритму движения этого самого гироскопа, который внутри него. Он всё время то подталкивает ногу быстрее, чем она движется вверх, то уходит из-под ног, движение получается рваное, дёрганое, меня всего колбасит и мотыляет, а части меня, например, бедро и голень, со страшной силой сталкиваются друг с другом прямо внутри. Когда я с него сошёл, у меня болели колени, ступни, всё в груди — будто раз десять подряд неудачно спрыгнул со второго этажа на асфальт.

Но самое интересное — люди вокруг проводят на этом эллипсе часы, бегут ровно, и ничего им. Вот загадка.

Впрочем согласовывать движения моего тела с посторонними какими-то агрегатами я никогда не мог. Например, на качелях мог качаться только в том случае, если ногами доставал до земли (впрочем, я почти всегда доставал). Я ими тогда отталкивался, и ок. А вот как сверстники мои коротконогие на них качались, для меня до сих пор загадка. Как-то телом так вперёд-назад, оп, хоп, смотришь — уже чуть ли не на солнышко пошёл. Я пробовал несколько раз, вроде подражал их движениям достаточно точно, но хрен — качели ни с места. Не чувствую я, куда и как надо двигаться, чтобы они закачались. То же самое на «лодочках» так называемых. Другие приседают как-то, выпрямляются — лодочки начинают раскачиваться. Я приседаю — нифига. Только в девятом-десятом классе уже как-то уроки прогуливали с одноклассниками, меня кто-то из товарищей убедил на эти лодочки залезть — и мы как-то покачались. Правда, я убеждён, что не благодаря моим движениям. Я скорее мешал.

Скакалка тоже убийственная хрень. Я дзюдо пытался заниматься одно время. Так там на тренировках надо было на скакалках прыгать. У меня месяца два ежедневных домашних многочасовых тренировок ушло на то, чтобы научиться. И то это выглядело далеко не так легко, как у остальных. Потому что они как-то «просто прыгают». Ни один не мог объяснить алгоритма. Я сначала пытался на эту чёртову прыгалку смотреть. Но, во-первых, прыгать, наклонившись, неудобно, а во-вторых я всё равно не мог уловить момента, в который надо прыгать. Чёрт знает сколько времени прошло, пока научился по движению кистей рук, держащих рукоятки скакалки, понимать, что верёвка находится как раз в том положении, когда через неё можно перескочить. И толку? Прошло 25 лет, я недавно взял в руки скакалку и не смог вспомнить, как это делается.

На дзюдо, кстати, я был травмоопасен. Мог, например, попытаться бросить партнёра через себя, предварительно наступив ему на ногу. Или мог в лицо ему заехать, всего лишь пытаясь схватить за отворот кимоно. Впрочем, и пока сам научился безопасно падать, почти год прошёл. Мне всё время не хватало времени на то, чтобы осмотреться и принять решение. Пока думал: «Так, сейчас я, видимо, попал на приём и уже лечу. Когда буду приближаться к полу, надо будет…» В этот момент я уже грохался о татами всем телом. А просто бездумно прижимать подбородок к груди и хлопать руками по татами — типа, делать что говорят — казалось противоестественным. В конце концов научился ориентироваться и соображать быстрее.

Собственно, я почти убеждён что, проведя на эллипсе много дней и часов, я тоже в конце концов научился бы бегать на нём так же легко, как другие, но, как бы, в гробу видал в белых тапочках. Ради чего?

Вообще, подозреваю, что проблема моя в том, что я слишком небольшое число движений могу выполнять бездумно. В основном, самые простые, те, которыми, так сказать, давно пользуюсь. Ходьба, дыхание, моргание, что там ещё? Ну, базовые. А вот когда организм сталкивается с чем-то новым, мне надо буквально руководить каждым его движением. Наверное, это потому, что в детстве я очень мало двигался. В основном, сидел или лежал дома и читал книжки. Или сидела часами перед банкой с пауками, смотрел.

А уж, когда сам двигаешься, следить при этом за каким-то ещё движущимся предметом — это вообще пиздец. Будь то скакалка, качели, эллипс или стремительно приближающийся к тебе пол. Собственно, я впервые с такой необходимостью столкнулся, когда мне было семь лет. В первом классе, на физкультуре. Надо было «вести» баскетбольный мяч. То есть, бежать и одновременно стучать по мячу, чтобы он рядом со мной прыгал. Я, помню, тогда даже не сразу поверил, что такое вообще возможно. Я и просто так стучать по мячу, чтобы он прыгал, к тому моменту ни разу, наверное, не пробовал и вообще с мячами почти не сталкивался, а чтобы ещё и на бегу… В общем, я этому так и не научился за десять лет в школе. Впрочем, я и не старался: мне это занятие сразу показалось идиотским и двигательно расточительным. То есть, если мне, допустим, в самом деле зачем-то надо доставить куда-то мяч, почему бы не нести его просто в руках или под мышкой? А вот в футбол я играл. Правда, сначала скорее из солидарности с товарищами («Ну что тебе, жалко? У нас человека не хватает»), а потом это была просто какая-то медитация. То есть, вышел на поле — забылся, отключился и снова включился только когда уже всё закончилось. Представления не имею, зачем я это делал. Не помню. И как, тоже не помню. Никаких ощущений не осталось. И хоккей ещё — то же самое (мы в хоккей на асфальте играли и без коньков, ну, или на грязном снегу, приличный лёд в Ставрополе явление редкое). Пытаюсь вспомнить хоть одно движение, хоть одно телесное ощущение или эмоцию — не помню. Единственная спортивная игра, в которую я всегда играл с настоящей радостью и удовольствием, это бадминтон. Ну и как играл… перекидывался воланчиком. Особенно пока ещё ракетки были бамбуковые с обмоткой из натуральной замши, а воланчики с каучуковой головкой — ощущение и звук от удара волана о сетку были просто волшебные. Теперь уже не то, конечно.

Иногда завидую людям, для которых движение — это естественно. Однажды видел рекламный ролик пепси, в котором какие-то чуваки с футбольным мячом выпендривались. Наверное, это дико круто, так владеть своим телом и так хорошо уметь взаимодействовать с внешними предметами. А я даже мебель и стены то и дело задеваю.